Журнал «Компьютерра»

Цифровой журнал «Компьютерра» № 199

«Цифровой журнал «Компьютерра» № 199»

565

Описание

Оглавление Колонка Была ли общая теория относительности подтверждена в 1919 году Автор: Дмитрий Вибе Ещё раз о природе этноса, а также о разнообразии надсистем Автор: Дмитрий Шабанов Мигранты времени: как это делается Автор: Василий Щепетнёв Не пропивай глобус Родины, сынок! Автор: Сергей Голубицкий Вот пришли фотографы — и все заплакали Автор: Сергей Голубицкий Медитируем над географией доменов верхнего уровня: немецкий прорыв Автор: Сергей Голубицкий Препарируем фантом FOMO Автор: Сергей Голубицкий Касперский рассказал о Stuxnet на российской АЭС Автор: Михаил Ваннах Обладает ли этнос самостоятельным бытием? Размышления о несогласии со Львом Гумилёвым Автор: Дмитрий Шабанов Micromax, ты кто такой? Давай, до свидания! Автор: Сергей Голубицкий История одного виртуального убийства Автор: Сергей Голубицкий IT-рынок С Цукербергом не по пути: как Snapchat отклонила предложение на три миллиарда Автор: Евгений Золотов Кто сдвигает с рынка классический компьютер? Автор: Михаил Ваннах Промзона...

Настроики
A

Фон текста:

  • Текст
  • Текст
  • Текст
  • Текст
  • Аа

    Roboto

  • Аа

    Garamond

  • Аа

    Fira Sans

  • Аа

    Times

Компьютерра 11.11.2013 - 17.11.2013

Колонка

Была ли общая теория относительности подтверждена в 1919 году Дмитрий Вибе

Опубликовано 17 ноября 2013

Начало ноября 2013 года ознаменовалось солнечным затмением, полоса которого пересекла Атлантику и ступила на африканский континент на территории Габона, незадолго перед этим пройдя к югу от островов Сан-Томе и Принсипи. В силу труднодоступности полосы для европейцев особого внимания это затмение к себе не привлекло, однако напомнило о другом, намного более интересном затмении, случившемся 29 мая 1919 года. Его полоса пересекла Южную Америку и Атлантический океан, а затем также прошла по Гвинейскому заливу и Центральной Африке. Наблюдения этого затмения в Бразилии и на острове Принсипи вошли в историю как первое экспериментальное подтверждение общей теории относительности Эйнштейна.

История началась в 1801 году, когда немецкий астроном Иоганн фон Зольднер, опираясь на корпускулярную теорию света, рассчитал, как будут двигаться в поле тяготения Солнца световые частицы, приходящие из бесконечности. Согласно ньютоновской теории гравитации, такие частицы движутся по гиперболическим орбитам. Конечный итог их пролёта у Солнца состоит в отклонении от первоначальной траектории на угол, величина которого зависит от расстояния до светила и у самой поверхности Солнца составляет 0,87 угловой секунды (сам Зольднер получил менее точное значение — 0,84"). Столетием позже, точнее, в 1915 году, Альберт Эйнштейн, опираясь на общую теорию относительности (ОТО), вывел вдвое большее значение отклонения.

Искривление световых лучей приводит к тому, что Солнце в процессе своего видимого годичного перемещения по небосводу немного искажает видимое положение звёзд. Величина искажения максимальна у самого Солнца и быстро падает с удалением от него. Измерив кажущиеся смещения звёзд, можно сделать вывод о том, кто прав — Зольднер или Эйнштейн, — тем самым проверив или опровергнув ОТО. Сдвиг у самого Солнца не так уж мал; астрометристы уже в XIX веке умели измерять значительно меньшие смещения, но только на ночном небе. Как измерить положения звёзд вплотную к Солнцу?

Такую возможность предоставляют полные солнечные затмения. Правда, у затмений есть, как минимум, пара недостатков. Во-первых, они происходят весьма редко, во-вторых, полная фаза видна с весьма ограниченной части земной поверхности. История знает множество примеров, когда кратковременная непогода или даже одно крохотное облачко сводили на нет многомесячные усилия по подготовке экспедиции в полосу полного затмения. Добавьте к этому чисто технические сложности проведения качественных наблюдений не в оборудованной обсерватории, а на малоприспособленной площадке.

Тем не менее затмение 1919 года стоило риска. Оно было очень длительным (с продолжительностью полной фазы больше 7 минут) и к тому же происходило вблизи рассеянного звёздного скопления Гиады, то есть для измерений было доступно много относительно ярких звёзд. Поэтому Великобритания решила снарядить даже не одну, а две экспедиции, хотя подготовка к ним шла в особо сложных условиях — в Европе, только что прошедшей через большую войну, к тому же для проверки теории, выдвинутой германским учёным.

Поначалу экспедиции вообще оказались под угрозой срыва, поскольку почти все нужные специалисты либо работали в военной промышленности, либо были призваны в армию. К ноябрю 1918 года в Королевской Гринвичской обсерватории не оказалось даже плотника, который мог бы упаковать экспедиционное оборудование. Но потом всё как-то устроилось. Организаторы экспедиции Ф. Дайсон и А. Эддингтон решили послать наблюдателей в город Собрал на севере Бразилии и на остров Принсипи у берегов Африки. В каждую экспедицию отправлялось по 13-дюймовому телескопу-астрографу. В Собрал, кроме того, отправили небольшой инструмент с 4-дюймовым объективом.

Телескопы в Собрале (Бразилия). Слева в круглой трубе — 13-дюймовый астрограф, справа в трубе квадратного сечения — 4-дюймовый вспомогательный телескоп. Свет Солнца направляется в неподвижно закреплённые телескопы при помощи специальных подвижных зеркал — целостатов.

Погода в Собрале не подвела, но снимки, полученные на «основном» телескопе-астрографе, оказались очень нерезкими: наблюдатели не угадали с фокусировкой — точнее, не учли, что она зависит от температуры. На острове Принсипи, где экспедицией руководил сам Эддингтон, подкачала погода: Солнце и окружающие его звёзды начали проглядывать лишь к самому концу затмения (через 10 минут после его окончания небо полностью расчистилось). Для измерений оказались пригодными лишь две пластинки с пятью звёздами на каждой. Хорошие изображения были получены только на «вспомогательном» 4-дюймовом телескопе в Собрале.

Не удивительно, что такое несчастливое стечение обстоятельств привело к довольно противоречивым результатам. Пластинки, полученные на расфокусированном астрографе в Собрале, дали отклонение 0,93 угловой секунды (величина, приведённая к краю солнечного диска), формально близко к ньютоновскому отклонению, но с неясным значением ошибки. Результат астрографа в Принсипи оказался ближе к эйнштейновскому предсказанию — 1,61" со стандартным отклонением 0,45". Наконец, маленький телескоп в Собрале отработал лучше всех, обеспечив наименьшее значение ошибки. Его результат — 1,98" плюс-минус 0,18". По совокупности обстоятельств и чисел организаторы экспедиции пришли к выводу, что результаты измерений подтверждают предсказания ОТО и не согласуются с ньютоновскими предсказаниями, о чём и доложили Королевскому обществу 6 ноября 1919 года.

Поначалу результат английских экспедиций казался триумфом и в газетах представлялся исключительно как полнейшая революция в науке. Однако со временем всё популярнее становились критические замечания в адрес Эддингтона и его коллег, причём не только со стороны записных противников ОТО. Например, С. Хокинг в книге «Краткая история времени» написал: «Результат англичан был либо чистым везением, либо тем нередким в науке случаем, когда получают то, что хотелось получить». Д. Сиама в книге «Физические принципы общей теории относительности» также намекает на то, что участники экспедиции находились под влиянием знания «правильного» результата.

Что уж говорить о менее лояльных критиках! В основном Дайсону, Эддингтону и Ко вменяют в вину три деяния. Во-первых, отбрасывание неугодных результатов с астрографа в Собрале, который, согласно анализу тех лет, дал примерно ньютоновское отклонение. Во-вторых, ограничение возможных результатов всего тремя вариантами: отклонение нулевое, ньютоновское, эйнштейновское. Поэтому результат 4-дюймового телескопа был сочтён подтверждением ОТО, хотя формально значение для ОТО (1,75") отличается от измеренного (1,98") больше чем на одно стандартное отклонение. В-третьих, Дайсон и Эддингтон якобы продуманной пиар-кампанией подготовили прессу к тому, чтобы она заурядный и не особенно убедительный результат подала как триумф.

Но что значит «отбросили неугодный результат»? Они же не разбили пластинки, чтобы скрыть их от общественности. Все обстоятельства и все измерения подробно описаны в статье Дайсона с соавторами, посвящённой результатам экспедиций. Авторы сочли результаты астрографа в Собрале недостоверными? Это их право, при условии что они не утаили эти результаты и объяснили причины их исключения из анализа. Больше того, пластинки из Собрала сохранились и в 1979 году были повторно измерены с использованием более современной техники. И что вы думаете? Для пластинок с бразильского астрографа был получен результат 1,55" плюс-минус 0,34".

О том, что возможно более трёх вариантов результата, Дайсон и др. сами пишут в уже упомянутой статье: «Наряду с возможными сюрпризами, по-видимому, есть три альтернативы». Да, они называют дополнительные варианты сюрпризами, но они ведь именно таковыми и были бы. При этом, чтобы стать сюрпризом, результат должен отличаться от предсказания как минимум на три сигмы, а не на одну.

Обвинения же в пиаре по нынешним временам и вовсе смотрятся наивно. Теперь любая мелочь часто преподносится как результат, переворачивающий основы науки.

Но в итоге-то что получается? Подтвердили английские экспедиции теорию относительности или нет? Судя по всем результатам, включая позднюю переобработку, таки да. Конечно, хотелось бы более убедительных измерений, но, к слову сказать, попытки измерить отклонение света вблизи Солнца во время затмений и в дальнейшем особого успеха не имели: не хватало звёзд, не везло с погодой… А потом и интерес поугас, так как нашлось множество других способов проверки ОТО, не связанных с подобными рисками.

К оглавлению

Ещё раз о природе этноса, а также о разнообразии надсистем Дмитрий Шабанов

Опубликовано 17 ноября 2013

«Понял, что нужно уточнить понятия. Эпифеномен для меня — это когда «они» ведут себя одинаково просто потому, что сами одинаковы…»А. П. Расницын

Вот всё-таки обсуждение моей Кто-токто-топредыдущей колонки, той, что была посвящена критике взглядов Льва Гумилёва на природу этноса, показало, что споры с читателями-комментаторами могут быть полезными. согласился с моей логикой, её решительно отверг. Я пришёл к выводу, что использованную мной дихотомию «феномен — эпифеномен» надо было обсудить (и обосновать) более подробно. В этой колонке я хочу не торопясь поразмышлять о том, какие бывают надсистемы (системы, состоящие из интересующих нас систем), а также к какой именно категории следует относить этносы.

Знаете, что такое синхронизмы? Слово, запущенное в обиход Юнгом… Многозначительные совпадения наших мыслей и внешних событий, кажущиеся нам исполненными смысла. Думая о том, как функционируют системы, построенные на горизонтальных связях, я вспоминал о движении стай скворцов и, кстати говоря, головастиков серых жаб. О стаях скворцов мне написал Александр Павлович Расницын, объяснивший, с чем он не согласился в моей предыдущей колонке. Я как раз начал об этом писать (не совсем то, что читаете сейчас вы, потому что на окончательный текст повлияло проявление синхронизма). Тут моя жена, переключая каналы на телевизоре после выпуска новостей, попадает на концовку «Генезиса». Я говорю о фильме Клода Нуридзани и Мари Перену, где африканский колдун (Сотиги Куяте) рассуждает о жизни, сопровождая своими размышлениями великолепные документальные съёмки живой природы. Далеко не все сентенции умудрённого жизнью колдуна следует понимать буквально (там много чрезмерных упрощений и формально попросту неправильных утверждений), но общее ощущение, которое оставляет фильм, — великолепное. Так вот, в конце этого фильма летают стаи птиц (включая скворцов) и плавают косяки рыб. Если не видели «Генезис», советую его посмотреть, а ссылку на этот кусочек (связанный с предчувствием смерти) я всё-таки рискну поместить и здесь.

Феномен стая скворцов или эпифеномен? Сложный вопрос. Давайте обсуждать. Начнём с того, что стая скворцов — система, состоящая из отдельных особей. Рассмотрите видео внимательно — и вы убедитесь, что в показанных стаях нет вожаков. Слаженность их движений — не следствие команд из единого центра, а результат «горизонтальных» взаимодействий особей с особями.

Два с половиной года назад я объяснял, в каком случае в той иерархии систем, которую мы принимаем, надо выделять отдельный уровень. Меня искренне удивляют авторы научных и учебных текстов, обсуждающие, какой именно набор уровней биосистем следует считать «правильным». Какая важная проблема: следует выделять в качестве основных уровней только клеточный и организменный — или между ними должны располагаться тканевой уровень, уровень органов и уровень функциональных систем?

Дать ответ на заданный вопрос можно, сославшись на афоризм Аристотеля: «Система больше суммы своих частей». Аддитивные свойства систем являются суммой соответствующих свойств их компонентов, а их эмергентные свойства возникают на уровне системы как целого. Причина эмергентных свойств системы — во взаимодействии её компонентов. Если нас интересуют такие процессы, в которых мы видим несколько «этажей», уровней, на которых новые свойства возникают в результате взаимодействия рядоположенных компонентов, нам нужно рассматривать несколько уровней иерархии систем. Изучая какие-то другие процессы, мы не увидим ничего подобного.

Поясню на примерах. Мы изучаем размножение человека. Нас интересует организменный уровень и уровень клеток (хотя бы половых). Ткани, органы и системы органов для нас не важны. С той точки зрения, с которой мы смотрим на изучаемый процесс, на этом уровне не происходит ничего интересного. Однако если мы увидим, что на нормальный процесс оказывают влияние какие-то нарушения процессов трофики (питания; обмена веществ) задействованных клеток, в нашем поле зрения тут же возникнут эмергентные свойства тканевого и органного уровней (и, соответственно, сами эти уровни организации биосистем). Возможно, изучая причину обнаруженных аномалий, мы увидим, что на уровне регуляции организма как целого возник перекос в сторону повышения активности одной из физиологических систем (например, опорно-двигательной у профессионального спортсмена), и от этого страдают иные системы и их функции (например, репродуктивная). В таком случае нам важно будет рассматривать и уровень физиологических систем.

Разобравшись с этим, мы сосредоточиваемся на изучении генеалогий. Раз так, нас уже интересуют только организмы… Так какой же перечень систем является правильным, привилегированным? Его не существует, как не существует привилегированной системы отчёта в эйнштейновской физике: все зависит от того, как наблюдатель взаимодействует с наблюдаемой им действительностью.

Давайте не погружаться в споры, «существуют» ли те системы, о которых мы только что говорили, и «существует» ли стая скворцов как отдельная система. Спор об их «существовании» — не спор о свойствах систем, а спор о семантике слова «существовать». Обсуждение вопроса о том, можем ли мы сказать что-то определённое об «объективном», не связанном с нашим познанием, мире, уведёт нас в сторону от темы сегодняшнего обсуждения. Напомню, что мы его достаточно подробно обсуждали прежде (и в этом кратком обзоре, и в этих трёх колонках, и даже ещё раньше).

Для меня достаточно того, что нам удобно рассматривать стаю скворцов как систему. Двигается она как согласованное целое? Значит, стая обладает определённым качеством, возникающим на её уровне, вследствие объединения её частей. Но, возвращаясь к предыдущей колонке, вспомню, что система может быть как феноменом, так и эпифеноменом — некой вторичной, несамостоятельной сущностью. Чтобы прояснить это различие, разберёмся в том, какими могут быть системы (или надсистемы, если мы смотрим на них с предыдущего «этажа»).

Размышляя над этим вопросом, я пришёл к выводу, что для описания разнообразия надсистем очень существенными являются две их характеристики. Первая: из сходных ли компонентов строится надсистема — или из функционально различных? Вторая: есть ли в надсистеме специфические управляющие структуры — или все её свойства являются результатом «горизонтального» взаимодействия её компонентов? Раз так, возникает простая матрица 2×2. Обозначим типы надсистем буквами (от A до D) и охарактеризуем их с помощью типичных примеров. Результат — перед вами.

Дифференциация компонентов

Управление

Результат взаимодействия компонентов, только горизонтальные управляющие сигналы

Наличие специализированных управляющих структур, нисходящие управляющие сигналы

Сходные

Тип A

«Популяция»

Тип C

«Государство»

Функционально различные

Тип B

«Биоценоз»

Тип D

«Организм»

С одной стороны, я нарисовал именно матрицу 2×2. С другой — охарактеризованные четыре типа надсистем составляют последовательный ряд с нарастанием уровня дифференциации частей и интегрированности целого.

Смотрите. Однородные элементы, взаимодействующие друг с другом, формируют систему типа A, «популяцию». Если эти элементы в функциональном отношении принципиально различаются, мы будем иметь дело уже с надсистемой типа B. Их примером может быть биологическое сообщество, биоценоз. В его составе есть растения, создающие органические вещества, животные, поедающие иные живые организмы и их остатки кусками, а также грибы и бактерии, разрушающие органические соединения, потребляя их в растворенной форме.

Биоценоз — сложная система, которая зачастую может весьма успешно поддерживать своё существование в меняющихся условиях. Но в нем нет никаких «главных», управляющих компонентов.

Управляющие компоненты могут функционировать опять-таки в системах из однородных и неоднородных компонентов. В человеческом обществе, состоящем в общем-то из примерно одинаковых компонентов (людей), некоторые начинают заниматься управлением. Поэтому систему, напоминающую государство (не современное, высокотехнологичное, но, к примеру, соответствующее своим ранним образцам в истории человечества), мы относим к следующему типу, C.

Наконец, самый сложный известный нам тип надсистем (тип D) реализуется в сложных организмах. Тут есть принципиально различные компоненты и высокоспециализированные системы управления. К примеру, наш организм имеет три серьёзно различающиеся типа управляющих систем: нервную, гуморальную и иммунную.

Разделены ли четыре описанных мной типа непреодолимыми разрывами? Нет. К примеру, даже особи в популяции могут различаться. Наиболее однородны особи в популяциях бесполых организмов, особенно если они представлены индивидами одного поколения. Многие популяции характеризуются специфичной половой и возрастной структурой, «продвигаясь» в направлении надсистем типа B. Популяции животных со сложным поведением могут характеризоваться важной для них иерархической структурой, напоминая системы типа C. Наконец, даже организмы, системы типа D, возникли из популяций клеток. По похожему пути преобразования идут некоторые современные колонии, как, например, колонии сифонофор. Обсуждать последний пример я не буду из-за ограниченности места, но если вы не знаете, что за существо изображено на фотографии ниже, попробуйте разобраться в этом: вам будет интересно.

Португальский кораблик (Physalia physalis) как пример надсистемы типа D (источник фото; к сожалению, автор этой страницы не вполне понимает природу сфотографированного объекта).

Настало время вернуться к надсистемам, состоящим из людей. Демографические системы, состоящие из людей, принадлежат к типу A. Не будем забывать, что люди относятся к двум полам и имеют разный возраст, но в целом это не делает их принципиально различными. Саморегулирующаяся рыночная экономика является системой типа B (роли продавцов и покупателей принципиально различны, а специализированных органов управления в общем нет). Плановая экономика и государство ближе всего к типу C. А вот высокоинтегрированные системы, относящиеся к типу D, из людей образоваться не могут. Их формирование потребовало бы слишком глубокой потери самостоятельности (в том числе — физиологической) каждого отдельного человека.

Да-да, в силу неких причин (которые стоило бы обсудить особо), высокоинтегрированные уровни организации чередуются с малоинтегрированными. Обращу внимание ещё на одно интересное различие систем типов A и D. Системы типа A (и в целом типа B) обычно не имеют отчётливых границ. Системы типа D (и, в некоторой степени, типа C) отграничены от своего окружения (иногда государственной границей, иногда покровами, разделяющими внутреннюю и внешнюю среду). Относительное постоянство состава характерно только для систем типа D. Системы типа D могут быть уникальными, а системы типа A всегда всего лишь ситуативны.

Вернёмся к разнице феноменов и эпифеноменов. Мне кажется, что организмы и иные высокоинтегрированные системы обладают самостоятельным физическим и биологическим бытием. Их можно считать феноменами. Популяции — как «рыхлые» надсистемы, лишённые отчётливой внутренней структуры, постоянных границ, специфических управляющих механизмов и многого другого — являются, как мне кажется, эпифеноменами. Как с этой точки зрения правильно рассматривать системы типов B и C, я точно не знаю.

Где в обсуждавшейся схеме находятся этносы? Конечно, в первой ячейке, соответствующей типу A. Люди образуют и более интегрированные системы (экономику, социум, государство), но эти надсистемы связаны с привлечением иных взаимодействий между элементами, чем те, которые образуют этнос.

Да, и ещё одна деталь. Один из читателей упрекнул меня, что, признавая человека феноменом, а этнос — эпифеноменом, я лью воду на мельницу либералов. Вот уж упрёк так упрёк — особенно для человека, который уверенно выбирает либерализм. (Дисклаймер: либерализм — это нечто принципиально иное, чем взгляды лидера либерально-демократической партии и (или) вороватых беспредельщиков.) Ещё интереснее было рассуждение другого читателя. Он сказал: в силу того что «надчеловеческие», ориентированные на этнос ценности могут способствовать выживанию популяции (и отдельных людей), они должны обладать большей ценностью, чем отдельные люди. С моей точки зрения, это аналогично утверждению, что раз ремни безопасности могут спасать жизнь водителя и пассажиров, то в едущем автомобиле самым ценным, наиболее нуждающимся в сохранении являются ремни безопасности, а вовсе не люди.

Впрочем, разговор о ценностях — это уже другой разговор. Скажу здесь только то, что не человек ценен своей принадлежностью к этносу или популяции, а этнос и популяция ценны тем, что состоят из людей. Принципиальная разница в интегрированности, знаете ли…

К оглавлению

Мигранты времени: как это делается Василий Щепетнёв

Опубликовано 17 ноября 2013

Я знаю человека, променявшего наше время на двадцатый век — точнее, на тысяча девятьсот семьдесят девятый год. Впрочем, слово «знаю» уместно не вполне. Правильнее будет — знаком. Не то чтобы шапочно, но и не сказать, чтобы пуд соли съели.

Познакомились мы на почте: я рассчитывался за электричество, а он получал корреспонденцию. Мы и прежде изредка виделись, но, не будучи представлены друг другу, шли каждый своей дорогой. Случай на почте всё изменил. Иван забрал прессу и теперь стоял рядом с окошком, листая журнал. А я спросил у почтмейстерши, нет ли на моё имя каких-либо новых квитанций. Конечно, назвался: живя в деревне месяц-другой в году, трудно рассчитывать, что тебя запомнят накрепко. Хотя деревенские много памятливее городских. Потом, уже на крыльце, Иван остановил меня: не тот ли я Щепетнёв, что печатался здесь прежде — и показал мне свеженький уральский журнал. Да, тот, не стал отпираться я. А я Иван, представился Иван. Так и познакомились. 

Жил Иван в совсем уже крохотной деревеньке, в двух километрах от моей. Ни почты, ни магазина в той деревеньке нет, и походы сюда составляют и моцион, и развлечение, и пользу. Тем более что почтальонов в сельской местности практически извели, и корреспонденцию каждый получает лично. Пришёл и забрал, всего-то. Полчаса ходьбы, может, чуть больше, поскольку нужно подниматься в гору. Зато назад идти легче, особенно с грузом. У Ивана есть машина, без машины жить на селе нельзя, но он не хочет упускать ни одной возможности проветриться на солнышке. Иначе моль заест, да и подгнить недолго.

Раза три я встречал Ивана то на улице, то в магазине, а потом, гуляя мимо крохотной деревеньки (речка протекает буквально рядом с огородами), был зван в гости. Запросто — посидеть в тени дерева, попить чаю. Ну и поговорить о том о сём: без этого в деревне редко обходится.

Иван сказал, что он — военный пенсионер. Переселился в деревню несколько лет назад, почувствовав, что город утомляет. Купил вот домик и не тужит. Военная пенсия позволяет жить безбедно, а по деревенским меркам даже роскошно: не возиться на огороде, не держать скотину и время от времени покупать в магазине настоящую водку. Кстати, не хочу ли я?

Я отговорился жарой (в тени было плюс тридцать), и мы продолжили чаепитие. Без сахара, но с мёдом, который ели вприкуску. Мёд оказался вкусным: некогда деревенька славилась пасеками, да и сейчас, стоит отойти на километр, увидишь ульи с настоящими живыми пчёлами. Прежде кругом были сады; остались они и сейчас, но без ухода одичали. Впрочем, на вкусе мёда это не сказывается.

Жили в деревеньке преимущественно дачники, то есть летом. На зиму же она засыпала, дым шёл из пяти труб — буквально, он считал. Деревня умирала, но умирала с достоинством, как старое дерево на опушке леса. В заброшенных домах (а таких немало) окон не выбивали и стены доступными народу словами не расписывали.

Не скучно ли зимой, поинтересовался я. Совсем не скучно, ответил Иван. Ну да, конечно, предположил я, интернет, социальные сети, «Скайп»…

Нет, перебил меня Иван. Интернетом он не пользуется. Даже не потому, что кабель до деревеньки не дотянули, а воздушная связь чахлая. Просто ни к чему ему ни ньюсгруппы, ни чаты, у него и компьютера-то никакого нет. 

Как нет, удивился я, отметив про себя «ньюсгруппы». А так, нет — и всё. Зачем ему компьютер? Чтобы ощущать пульс жизни, предположил я. Если ему захочется вдруг пульсов жизни, он вернётся в Москву, никаких препятствий к тому не имеется. А сюда он не за пульсами жизни приехал, а за самой жизнью, поняв, что никакого «завтра» нет, а есть вечное «сегодня», и потому жить нужно так, как хочется, — если, конечно, выпадает такая возможность. А выпадает она куда чаще, чем считают, просто не каждый решается жить по-своему, а не как все.

Ну, если хочется жить в тишине, тогда что ж, тогда ладно, примирительно сказал я. Мне и самому здесь нравится, иначе что бы я тут делал. Но обстоятельства таковы, что мой максимум — месяц, много — два. 

Действительно, рассуждал я по пути домой, пульсы жизни, они кому как. Ведь пульс в переводе на русский язык — это удар. Иной столько пульсов получил — живого места не осталось. Но как далеко можно зайти, уклоняясь от пульса жизни?

Иван обустроил быт по выкройкам семидесятых годов. Так и говорил мне: мол, хочу чувствовать себя в семьдесят девятом году. И поступал соответственно. У него не только компьютера не было, но и вообще предметов из двадцать первого века я не замечал. То есть обувь, одежда, носки всякие, лампочки сделаны были сегодня, но джинсы, они и есть джинсы, технология проверена временем. А вот телевизор был старый, ламповый, черно-белый, «Рекорд В-312», принимавший пару федеральных каналов. Видеомагнитофон «ВМ-12» с дюжиной кассет — «Цирк», «Чапаев», «Карнавальная ночь». Радиола «Ригонда» и много-много виниловых пластинок: «Самоцветы», «Ариэль», «Песняры» и «Звезды зарубежной эстрады». Кассетный магнитофон «Воронеж». Опасная бритва с длинным названием на лезвии. Электрочайник опять же старый, советский. Газовая плита (газ баллонный). Холодильник «ЗИЛ». И машина была оттуда, из советских времён, «ВАЗ 2121», хотя по виду — как новенькая. 

Впрочем, может, так оно и было. Читал Иван традиционные бумажные книги, выписывал полдюжины журналов и три газеты: «Труд», «Советский спорт» и районную «Звезду». Иногда он сидел на крыльце и слушал магнитофон — «Битлз» или «Весёлых ребят», совсем как сельские пареньки в семьдесят девятом году. Порой я заходил к нему, и мы пили чай, пиво (только бутылочное «Жигулёвское») или — изредка — «Столичную» под килечку. Единственной уступкой веку был мобильный телефон — «на всякий пожарный», как объяснил Иван. За всё время, проведённое за чаем, разговорами или за шахматной доской, он не звонил ни разу. Мне он номера, кстати, не сообщил (да я и не спрашивал), потому и не уверен, что телефон был настоящим.

Нельзя сказать, что жизнь Ивана диктовалась отсутствием средств. Средства у Ивана были: не моргнув глазом, он при мне выложил тридцать тысяч за ящик коньяка, привезённого из уездного города молчаливым армянином. Тридцать тысяч за спиртное по деревенским меркам — безумство и мотовство. Коньяк оказался на уровне лучших советских стандартов, а пили мы его из пузатеньких гэдээровских бокалов. И книги Иван покупал хорошие, за большие тысячи. Редко, но покупал. И ещё он читал фантастику. Всякую — классическую и современную, утверждая, будто во все времена её писали одинаково плохо, зато интересно. А исключения (тут он, глядя мне в глаза, неопределённо улыбался) лишь подтверждают правило.

Я порой представлял Ивана то разведчиком на покое, то спецназовцем. Побуждало к этому и то, что он просил не фотографировать ни его самого, ни дом, в котором он живёт. Нет, он ни от кого не прячется, да прятаться в деревне и глупо, прятаться куда надёжнее в Москве. Просто ему не хочется оставлять следы на цифровых устройствах. Вот на плёночный фотоаппарат — со всей душой.

Признаюсь, аргумент показался мне надуманным, но я не настаивал. Не хочет так не хочет. Тем более что дом неподалёку схож. Так жили когда-то. 

Наверное, не думали, что деревня опустеет до гулкости и вечерами из чёрных окон будут выглядывать вурдалаки. Иногда мечтал, что вот собрать бы в деревне сто или двести прекраснодушных семей да организовать Утопию на разумных началах, но реалистическая закваска побеждала. Не выйдет ничего. Вряд ли. Разве что кнутом. Но кнута и без того в истории России предостаточно, а толку-то…

Завидовал я Ивану? Если и завидовал, то не образу жизни, а уверенности, что он вправе жить как хочет. Уверенность дорогого стоит. Когда постоянно сомневаешься в каждом шаге, сомневаешься в праве на принятие решения, боишься последствий, а потому замираешь перед настоящим, словно лягушка перед ужом, уверенный человек не может не казаться образцом для подражания. Но ведь жить в деревне — его выбор, а не мой. А в чём — мой? В мечтах мне бы хотелось и одного, и другого, и третьего, и ещё компота, и потому часть жизни я и провожу в мечтах и фантазиях, сделав их профессией. Тоже неплохо.

С Иваном же случилось странное: в августе он вдруг сел в «Ниву» и уехал, ни с кем не попрощавшись. Ставни, однако, закрыл, на дверь повесил замок, а на почте мне сказали, что на второе полугодие подписки на газеты и журналы он не оформлял.

Возможно, он и в самом деле разведчик, и теперь на задании где-нибудь в Южной Америке. Или просто переехал в тысяча девятьсот семьдесят девятый год окончательно.

К оглавлению

Не пропивай глобус Родины, сынок! Сергей Голубицкий

Опубликовано 16 ноября 2013

Сегодня наша киносуббота посвящена модному-премодному фильму Александра Велединского «Географ глобус пропил». Фильм мне посоветовали посмотреть читатели — за что большое спасибо: мыслей нароилось много :-).

Александр Велединский постучался в Храм Вечности больше всё-таки как сценарист: (сериалы «Дальнобойщики» и «Бригада»), хотя и режиссёром отметился крепко (дебютный «Анфан Террибль», что-то такое мистическое на мотивы чеченской войны «Живой»). Творческая биография, впрочем, в контексте «Географа» не важна, потому что, даже если бы Велединский не снял больше ничего за всю жизнь, всё равно бы запомнился лёгкостью стиля и органичностью картинки: «Географ» смотрится на одном дыхании.

Безусловно, заслуга столь положительного эффекта не только в работе режиссёра, но и во всех остальных компонентах фильма: изумительной игре актёров (причём — редчайшее явление! — всех — от мимолётного эпизода до каждой фигуры крупного плана), поразительной по правдоподобию сценографии, работе костюмеров, искусстве оператора и — наверное, в первую голову — совершенству сценария.

Фильма поставлен по одноимённому роману Алексея Иванова, писателя очень ярко звучащего и очень популярного (к сожалению, мне почитать ничего не довелось, но и оснований для сомнений в правомерности оценки, данной книгам Иванова профессиональными критиками, нет никаких). Перечислю несколько заголовков лишь романов (Алексей Иванов пишет ещё повести и рассказы) — и читатели сами подтвердят справедливость моих слов: «Общага-на-Крови», «Блуда и МУДО», «Комьюнити». Все корешки — согласитесь — на слуху.

Роман «Географ глобус пропил» был написан в 1995 году. Александр Велединский перенёс действие в наше время, однако в сюжете, в замысле, в идеях, в правдоподобии не изменилось ровным счётом ни грана: отражение жизни (условно эту жизнь можно обозначить так же, как поступил герой книги/фильма учитель географии Виктор Сергеевич Служкин, выведя мелом на доске — «Родина, сынок») устрашающе точно по беспросветности и безнадёжности. 

Теперь позвольте разговор непосредственно о фильме завершить (вердикт по нему однозначен: смотреть нужно непременно, если не ради идей, то хотя бы для наслаждения игрой Константина Хабенского, Елены Лядовой, Евгении Хиривской, Анны Уколовой, Александра Робака, а также юных Андрея Прыткова и Анфисы Черных) и перейти к идеологической (идейной) составляющей фильма. 

Разумно предположить, что Александр Велединский ничего оригинального в идею книги Алексея Иванова не внёс и даже сохранял её с трепетной осторожностью. Оно понятно: идея «Географа», похоже, определяет львиную долю популярности романа, которую режиссёру по понятным причинам очень хотелось прописать и в активы собственного творения. 

Если коротко: то идея фильма (о романе не буду поминать ради чистоты эксперимента, ибо не читал) чудовищна. Скажу больше: это одна из самых омерзительных и самых вредных идей, какие только отравляли русскую нацию на протяжении последней четверти века. По крайней мере я другой такой проказы не знаю.

«Географ глобус пропил» — это ироничная (и самоироничная до уничижения) история тридцати-с-гаком-летнего интеллигента-ничтожества. Неудачника, циника, лжеца, лицемера, конформиста, труса, пьяницы, который телепается по жизни — вот уж когда слово приходится тютелька в тютельку! — как говно в проруби. 

Учитель Служкин (имя безусловно говорящее) в гениальном исполнении Хабенского предстаёт перед зрителем полноценной метафорой угробленной жизни: на подходе сорокушник, за плечами ноль достижений: жена с малолетней дочерью, которых нечем кормить (по гордо-ироничному признанию героя: на покупку советской машины на зарплату при отказе от еды и питья уйдёт 150 лет), абсолютная деградация личности, даже не пытающейся скрыть своего ничтожества за трюизмом алкоголизма и chain-smoking, круговая оборона случайного траха, трусливые, но, слава богу, ещё находящиеся под контролем разума, мысельки о педофилии, абсолютная профнепригодность, вопиющее непонимание смысла и технологий учительского ремесла (уроки Служкина — это чтение вслух учебника географии и принудительное конспектирование бубнежа учениками) и т. д.

Итак, вот человек, чья жизнь очевидно не удалась. Центральная фигура повествования, в которой половина населения страны читает собственную биографию и оттого проникается искренним доверием. Доверие это, однако, переходит в экстатическое восхищение в точке объяснения автором (романистом и режиссёром) причин неудавшейся жизни. Виновата... правильно догадались: «Родина, сынок». Вернее, неправильная геолокация: Пермь как символ российской провинции. Провинции, убивающей все живое своим запустением, разрухой (постсоветской), деградацией нравов, беспросветным бытом, чернухой повседневного бытия и люмпенизацией населения. Жуткая школа, тупая учебная программа, ворье чиновничества — знакомые атрибуты, не правда ли? 

Что я могу сказать по поводу этой самоуничижительной идеологии? Да я уже сказал: это проказа. Это проклятие мироощущения, присущего в первую очередь самой гнусной части общества — той, что Вождь именовал не иначе как «говно нации». Набегавшись всласть в 90-х годах по митингам в поддержку Ельцина, охрипнув от призывов «раздавить гадину», обнищав на челночестве, провинциальная интеллигенция деградировала в викторов сергеевичей служкиных — почти конченых алкашей, скрывающих ужас подсознательного понимания собственной ничтожности за самоиронией (учитель по требованию пролетарского заправилы класса, сидя в ледяной воде, 10 раз повторяет: «Я бивень»).

Истоки этой истерии русской интеллигенции начали проявляться ещё в XIX веке (Чернышевский, Белинский), однако тогда генетической пассионарности ещё хватало и на бунт (народовольцы), и на энергичное действие (хождение в народ разночинцев). В ХХ веке пассионарность утекла в мистику и экспрессионизм творческих увлечений (в первую очередь, конечно, поэзии) и жалкие попытки втиснуть своё никчёмное тельце в Большую Политику. После большевистского путча интеллигенция либо отвалила за бугор, либо самоликвидировалась, поддавшись инстинкту самосохранения и мимикрировав под трудящиеся классы.

В этом подпольном существовании «говно нации» пролежало 50 лет, обретя второе дыхание лишь в «протесте» шестидесятников. Так оно и дотелепалось до Перестройки, в которую поверило всем сердцем. В 90-е давило гадину, хлебнуло горя и под конец капитулировало перед историей. Самым ярким символом этой капитуляции стало окончательное вырождение эстетических вкусов. В фильме Велединского эта капитуляция замечательно передана в сцене празднования дня рождения Служкина: учителя-интеллигенты сначала скачут козлами под музыку Арама Хачатуряна, а потом, отбросив даже эту пародию на духовность, погрузились в выдави-слезу «Владимирского централа». Всё. Чижик сдох. Finita la Comedia!

Наконец, последнее: почему я считаю, что идеология фильма (книги?) «Географ глобус пропил» не только мерзкая, но и смертельно опасная? Совершенно понятно, что и писатель, и режиссёр в душе осуждают и даже оплакивают деградацию интеллигенции. Живописуют её во всей неприглядности, не преминув при этом восхититься остатками остроумия и всполохами красноречия (в промежутках между буханием). Ужас этой идеологии — в обвинительном персте! Персте, направленном... нет, не на самого учителя Служкина, а на «Родину, сынок»! Вот она, гадина, виноватая во всех несчастиях нашего брата, интеллигента! Вот она, проклятая немытая Рашка, из-за которой пришлось мне себя похоронить заживо!

Это обвинение и есть самое страшное. Потому что, если тебе не нравится эта Рашка, у полноценной личности есть миллион вариантов сохранения человеческого достоинства — от эмиграции до простого отрыва ленивой жопы и переноса тушки, не находящей себе применения в Перми, в любое другое место бескрайней страны. Не хотите ехать в Нью-Йорк, езжайте в Москву, на худой конец! А лучше — вообще никуда не заглядывайте, а делайте хоть что-нибудь у себя дома. 

Не знаете, что делать? Разуйте глаза и оглядитесь вокруг! В мире множество мест, жителям которых не нравится, как обустроена их жизнь. Посмотрите, что эти жители делают, как меняют собственными руками действительность. А пропивание глобуса — это самый постыдный и самый оскорбительный путь, какой только можно себе представить. Лучше вообще не жить, чем коптить небо своим перегаром.

К оглавлению

Вот пришли фотографы — и все заплакали Сергей Голубицкий

Опубликовано 15 ноября 2013

Я давно ждал, когда наконец случится неизбежное и мировая копирастия своими претензиями доведет ситуацию до того сладостного состояния абсурда, за которым жить по-прежнему станет невозможно. И оно случилось!

Контора по имени CEPIC (Center of the Picture Industry, Центр изобразительного бизнеса: какое волшебное по саморазоблачению название!) накатало жалобу в Антитрастовую комиссию Евросоюза на поисковые системы, которые не только злостно нарушают авторские права на визуальные произведения искусства, но и способствуют распространению пиратства. 

Архиврагом присосавшихся к фотографам (а под визуальными произведениями искусства, разумеется, подразумеваются именно фотографии) — кто бы сомневался! — назначена Google: «После того как Google перестроила свой сервис Google Images в январе 2013 года, ситуация резко ухудшилась», — жалуется CEPIC евробюрократам. 

«Ухудшение» усматривается в том, что теперь на Google Images картинки представлены в разрешении хоть и не full size (которое на снимках, сделанных современными даже полумыльницами, приблизилось к 10 тысячам пикселей: 7728×5368 у Nokia 808 PureView), но вполне достаточном для «коммерческого использования». Мало того что Google вывешивает полноразмерные снимки прямо у себя на сайте, делая тем самым посещение сайта с первоисточником избыточным, так ещё и позволяет нетизанам-беспредельщикам скачивать сокровенные картинки. 

Наконец, самое страшное: Google информирует пользователей о защите копирайта недостаточным образом — что-то там такое внизу страницы мелким шрифтом невразумительное. Следовательно, делает вывод в своей ламентации CEPIC, Google не просто выступает пособником пиратства, но и сама является первым бандитом на селе, потому что использует не принадлежащие ей и защищенные копирайтом фотографии для прямого извлечения материальной выгоды.

Иллюстрируя масштабы злодеяний, CEPIC приводит поистине ужасающие цифры: 85% всех фотографий, выдаваемых поисковым движком Google, представляют собой незаконные копии защищённых копирайтом шедевров, а 80% этих украденных картинок распространяется с помощью систем, подобных Google Images. В общем, жуткое дело.

Прежде чем мы начнём разбираться с наездом по существу, расскажу, чего добивается CEPIC (помимо, разумеется, штрафных санкций с шестью нулями). Фотолюди (именно фотолюди, то есть пиявки на теле фотографов) хотят, чтобы Google позволила им самостоятельно контролировать изображения, индексируемые и переносимые на серверы Google Images, для того чтобы «не допускать незаконных загрузок». Надо так понимать, что речь идет о контроле разрешения фотографий, попадающих в распоряжение Google, поскольку никаких иных «технических решений контроля» представить себе невозможно.

Оставим Еврокомиссию пыхтеть над изобретением новых санкций против поискового Архиврага, тем более что ничего путного она изобрести не сможет по определению (как вам последний всплеск гениальной евромысли: создать интернет, ограниченный шенгенской зоной, ради защиты от промышленного и политического шпионажа извне?!), а сами займёмся осмыслением иска CEPIC в контексте глобального противостояния копирастии естественному прогрессу цивилизации. 

Почему я решил, что копирастия претензиями фотолюдей довела ситуацию до абсурда? Потому что фотография как объект авторского права — это совершенно иная качественная данность по сравнению с произведением литературы, видеопродуктом или музыкальной композицией. 

Эта специфичность объясняется не каким-то внутренним дефектом фотографии, а её технологическим своеобразием, с одной стороны, и особенностями коммерческого применения — с другой. В плане технологии фотография есть продукт моментального соединения «застывшей реальности» (то есть определённого места и времени), «угла зрения» (под которым я понимаю соединение ракурса, уникальной комбинации настроек — диафрагмы, выдержки, глубины резкости, светочувствительности и т. п.) и инструмента (то есть непосредственно камеры, которой производится съёмка). 

Из всего перечисленного лишь «угол зрения» является чисто креативным компонентом, поэтому концептуально копирайт должен распространяться именно и только на него. И здесь начинается самое интересное. Не подумайте только, что я хочу принизить фотографическое искусство (которое, безусловно, искусством является). Дело не в принижении, а в специфической ценности подобного креатива («угла зрения»). Таковых две: чисто эстетическое удовольствие, которое фотография доставляет зрителям, и контекстуальная ценность, то есть совершенно определённый контекст, в котором фотография будет использоваться.

Контекст этот, как правило, уникален и — главное! — моментален. То есть фотография имеет ценность в определённом сюжете, в определённом журнале, в определённом рассказе об определённом событии. Это как ложка, которая хороша к обеду, но никак не к утренней чистке зубов. 

То есть вы понимаете, что я хочу сказать: фотограф, выполняя ли заказ редакции, по собственному ли наитию, удачнейшим образом запечатлевает момент истории («застывшую реальность»). Не важно, что — пейзаж, портрет, сюжетную сцену (от землетрясения до теракта) и т. д. Фотограф предлагает свой продукт заказчику, заказчик его покупает, размещает в собственном контекcте, и на этом история с материальной ценностью заканчивается. Ложка сослужила свою службу.

Что происходит далее? Далее фотография попадает в цифровое пространство и начинает жить своей вторичной жизнью. Обратите внимание: ни у книги, ни у музыкального клипа, ни у видеофильма этого разделения на первичное применение и вторичную жизнь нет в столь выраженной форме, как у фотографии. У фильма не бывает первичного потребления и вторичного потребления. У книги нет первичного читателя и вторичного читателя. У музыканта нет первичной и вторичной аудитории. И то, и другое, и третье постоянно потребляют!

Фотография же — одноразовый продукт! Как только она исполнила свою первичное назначение (её опубликовали в контексте, для которого, собственно говоря, и изготавливали), она переходит в иное состояние — превращается в нейтральный объект ноосферы.

И тут на сцену выходят фотолюди — все эти бесчисленные архивариусы и хранители заплесневелых фотоархивов — и пытаются использовать презерватив по второму, по третьему, по сто пятидесятому разу! Причём оцените удобство: даже стирать с антисептиком фотографию между употреблениями не требуется! Замечательное такое представление об авторском праве на цифровую фотографию.

Каким образом ущемляют авторские права на фотографию нетизаны, загружающие ее из Google Images на жёсткий диск своего компьютера? Абсолютно никаким! Разве что просто любуются, потому как вторичное использование где-то отработавшей уже и принёсшей автору и оригинальному СМИ фотографии — это элемент китча, а не искусства. Тем более что в 99,99% случаев фотографии загружаются пользователями на компьютер из Google Images даже не для вторичного использования, а из эстетических соображений: просто картинка нравится, и хочется ею любоваться. 

Как подсчитывают фотолюди убытки, предъявляя иски Google и прочим злостным нарушителям священного права (права пиявок на теле художника сосать кровь)? Берут число загрузок подконтрольной (пасущейся в фотобанке) картинки и умножают на её стоимость при первичной продаже. Ну, может быть, великодушно делая скидку на репродуцирование — процентов так 20–30. Получаются сотни миллионов «недополученных» долларов. В фотографии эта квинтэссенция абсурда копирайта на цифровой продукт и достигает своего апогея в силу выше перечисленных причин.

К оглавлению

Медитируем над географией доменов верхнего уровня: немецкий прорыв Сергей Голубицкий

Опубликовано 14 ноября 2013

Ученые мужи из Оксфорда, изрядно покопавшись в Whois и информационных базах Мирового банка, составили весьма информативную визуализацию текущего состояния интернета в аспекте использования доменов верхнего уровня («текущего», впрочем, это громко сказано, потому что данные Мирового банка датированы 2011 годом). 

Речь идет о работе Марка Грэхема и Стефано де Саббата из Оксфордского института интернета, с которой авторы (кликабельно для детального рассмотрения)познакомили общественность на прошлой неделе. Выводы, по крайней мере те, что было решено вынести на всеобщее обозрение, удивляют трюизмом и идеологической ангажированностью (собственно, чтобы сказать то, что сказали Грэхем/Саббата, не нужно было вовсе визуализировать: большинство доменов (78 %) зарегистрировано в Европе и Северной Америке (читай: вот он, очаг мировой цивилизации!); хуже всего обстоят дела в Африке и на Ближнем Востоке (читай: негры и террористы-арабы), не далеко от аутсайдеров продвинулись латиноамериканцы (4 % — читай: вот он — результат пагубного увлечения идеями боливаризма). 

Все эти корреляции с концепцией англосаксонского эпицентризма нам хорошо известны, но за усилие все равно — большое спасибо, потому что визуализация содержит еще очень много ценной информации для глубоких раздумий, которыми и предлагаю заняться. Разумеется, не всеми аспектами сразу, а всего лишь одним-единственным, зато показательным и занимательным. 

Прежде чем мы перейдем к медитации над феноменом, который меня поразил больше всего в диаграмме Грэхема/Саббата, пару слов о статистике, извлеченной самими авторами, которая по-прежнему банальна, однако льет воду на менее одиозную (чем англосаксонский комплекс Прометея) мельницу стереотипов.

Оказывается, в среднем в мире на 10 пользователей интернета приходится лишь один зарегистрированный домен. Эта информация хоть и коррелирует с известной пропорцией пассионариев / абсорбентов (90/10 — точно, кстати, так же, как и в соотношении нормальных людей и дислекторов), тем не менее на региональном уровне отражает совершенно иную дихотомию: глубокое отличие цивилизаций, основанных на коммунальных идеалах, и цивилизаций, утверждающих приоритет личности над коллективом.

Так, в Европе и Северной Америке среднее соотношение рядовых пользователей и количества зарегистрированных доменов составляет 3 к 1 (в таких странах как Нидерланды и Швейцария — вообще 2 к 1!). В то время, как в коммунальной до духу Азии пропорция деградирует до позорной 50 к 1 (разумеется, в Африке и на Ближнем Востоке :). Даже в относительно продвинутом по части виртуализации общества Китае на 1 зарегистрированный домен приходится целых 40 пассивно воспринимающих действительность «блуждающих теней».

Несмотря на то, что дорогие авторы постоянно срываются в больную идеологию («в Узбекистане больше пользователей интернета, чем в Швейцарии, однако число открытых узбекских веб-сайтов в 100 раз меньше, чем швейцарских — видимо, в результате массовой интернет-цензуры, существующей в Узбекистане») либо — в вульгарный марксизм («уровень страны по показателю ВВП на душу населения существенно коррелирует с отношением количества зарегистрированных доменов к числу пользователей интернета»), ряд приводимых ими примеров однозначно свидетельствует о том, что разделение проходит именно по принципу эгоцентричности / коммунальности цивилизации (оксфордские люди, разумеется, ничего об этом не говорят, потому как вряд ли вообще догадываются о существовании этой дихотомии. Разве что Гумилева и Зиновьева). 

Самый характерный пример — это Япония, где пользователей интернета в два раза больше, чем в Великобритании (что понятно: японцев — 127 миллионов, а англичан — 63), но при этом количество зарегистрированных в зоне JP доменов составляет лишь 30 % от домена UK. Поскольку Японию очень сложно заподозрить в идеологическом терроризме, цензуре или низком уровне ВВП на душу населения, единственное объяснение пассивности японских серферов — в их ИНЬ-мировоззрении, в предпочтении не генерировать, а абсорбировать информацию, держаться в коммунальной тени, подчинять индивидуальные импульсы более важным субстанциям — семейному клану, группе, трудовому коллективу, нации.

И все же — перехожу теперь к основной идее своей реплики — ничто не потрясает так сильно, как огромная красная клякса в самом центре диаграммы Грэхема/Саббата, затмевающая своими размерами все вокруг за единственным (очевидным и естественным) исключением (США). Имя этой кляскы — домен DE.

Допускаю, что читатели, не следившие целенаправленно за развитием интернета в Германии, ничего удивительного в размерах национального домена DE не найдут. В самом деле: как еще должно выглядеть интернет-присутствие крупнейшей экономики Евросоюза?! Между тем ситуация реально парадоксальная, потому что на протяжении едва ли не полного десятилетия немцы демонстрировали крайне консервативное отношение к интернету! 

Дело даже не в пантагрюэлианской одержимости Германии «приватным статусом частной жизни», которая отлилась в нескончаемые потоки исков немецких граждан ко всем сетевым ресурсам, которые покушаются на святая святых (хрестоматийный пример — это, конечно же, Google с его картами!). Дело в прямо-таки демонстративном нежелании рядовых немцев оцифровываться и виртуализироваться. Свои выводы я строю на личных наблюдениях и общении с немецкими друзьями и знакомыми, изучении немецких пристрастий по части компьютерной техники, а также (на мой взгляд, очень показательный момент) на вопиющем опоздании, с которым технология e-ink пробивалась на немецкий рынок.

Помнится, у нас была даже «Голубятня», посвященная тому, как сложно найти электронные версии книг на немецком языке. В той статье я делился впечатлениями от наблюдения за немецкими форумами, связанными с художественной и специализированной литературой, на которых люди, словно иголку в стогу сена, пытались отыскать то или иное произведение в оцифрованном виде. По большей части — безрезультатно. 

А потом случилось чудо. Немецкие люди словно с цепи сорвались, массово подавшись в интернет — в очередном своем Drang nach. Для меня здесь очень показательной лакмусовой бумажкой стало волшебное преобразование такого нетривиального ресурса как Avaxhome (коим не перестаю восхищаться, кажется, уже лет 10, и искренне полагаю, что Нобелевскую премию мира нужно присваивать этим подвижникам свободных знаний, а не баракобамам).

На «Аваксе» всегда было море французской, итальянской, испанской и даже португальской литературы (включая разнообразнейшую периодику и аудиокниги). В абсолютном меньшинстве всегда были только немцы. В лучшем случае раз в неделю появлялась случайная залетная книга, а журналы ограничивались Frankfurter Allgemeine и Der Spiegel. Ради любопытства загляните на портал сегодня: на нем чуть ли не половина общего книжного потока идет на немецком языке! Выкладываемого, как вы понимаете, немецкими людьми.

«Медленно запрягают, зато быстро едут» — мне всегда казалось, что это русская поговорка, а не немецкая. Факты, все же, говорят за себя. Если кому-то моя подборка симптомов, использованных для выводов об очень замедленном, однако же неумолимом натиске немецкой нации на виртуальное пространство, видится неубедительной и произвольной, предлагаю сравнить два графика, чья показательность не может быть подвергнута сомнению.

Вот так развивалась англоязычная Википедия:

А так — немецкая:

Как говорится — почувствуйте разницу. 

Теперь — самое интересное: почему случилось немецкое торможение и — главное — почему произошел взрыв? Неужели немцы отказались от своей одержимости приватностью и решили покорить новые территории? Пусть даже и виртуальные? 

Ответ: пока не знаю! Собственно, тему для всеобщего обсуждения я представил как раз потому, что еще не нашел окончательного ответа. Обнародовать сырой недодел догадок было бы не правильно, зато найти адекватное объяснение очень хочется. Надеюсь, кто-нибудь да подкинет на водку :)

К оглавлению

Препарируем фантом FOMO Сергей Голубицкий

Опубликовано 13 ноября 2013

О FOMO мне все уши прожужжали еще до того, как я ушел из «Фейсбука». Впервые столкнувшись с этим термином вульгарной социологии, я ознакомился с определением, немного подумал и... пожал плечами: раз людям так хочется придумывать какие-то лишние сущности — на здоровье! Я-то тут при чем? По крайней мере, удаляя аккаунт из совхоза Цукерберга, я меньше всего думал о FOMO как о мотивации, которая меня в нём удерживала целых полгода.

Но не тут-то было! FOMO продолжало свое наступление по самым разнообразными информационным клизмам: порталы, журналы. Дошло до визуального промывания мозгов: вчера посмотрел интервью с Рэнди Цукерберг, гендиректором «Цукерберг Медиа» и автором монографии «Усложнённая точка: распутываем наши виртуальные жизни» («Dot Complicated: Untangling Our Wired Lives»), в котором среди прочего сестра Марека объясняла пристрастие людей торчать 24 часа в сутки в интернете (в первую, конечно, очередь в социальных сетях) все тем же пресловутым FOMO! Тем самым FOMO, которое я лично в упор не вижу и даже не понимаю до конца всей полноты смысла. Пора разбираться!

Начнём с сухого определения. FOMO — это акроним Fear Of Missing Out, страха оказаться не в теме (не у дел, что-то пропустить и т. п.). Впервые во всю мощь современных мозгопромывочных СМИ о FOMO заговорили в 2011 году, выдвинув смелую идею, что FOMO — это модернизация социального аргумента «Keeping up with the Joneses» («Как бы не отстать от семьи Джонсов»), которая случилась по вине социальных сетей. 

Логическая цепочка классического научно-популярного изложения FOMO выглядит следующим образом: «Сначала приходит приступ зависти. Затем появляется беспокойство, утрата уверенности в себе, гнетущее ощущение собственной неадекватности. В заключение все эти эмоции сплавляются воедино, наполняя вас желчным раздражением». 

Соответственно, для того чтобы «ломка» FOMO не наступила, необходимо постоянно принимать «дозу» — а значит, появляться в «Фейсбуке» или «Твиттере» как можно чаще, желательно — каждые 15 минут: не дай бог вы пропустите что-то интересное в своей френд-ленте, не сможете адекватно отреагировать, отстанете от жизни и т. д., со всеми остановками по пути деформации личности.

Классическое представление о FOMO, данное цифровой цивилизацией в 2011 году, вертелось вокруг священной коровы либерального общества — Их Величества Choices. Эти самые choices (выборы, возможности, варианты) определяют меру свободы индивида в обществе. Таким образом понятая свобода на самом деле является жесточайшей иллюзией, однако внутри самой социальной системы рассматривается как, с одной стороны, гарант, с другой — главный критерий полноценного бытия.

Иными словами: если у тебя есть choices, ты полностью реализовался и «соответствуешь» ожиданиям окружающего общества. Нет choices — oh-ow! — ты в беде, и нужно срочно что-то исправлять. 

В подобной парадигме FOMO воспринимается как естественная и адекватная реакция индивида, который (вполне справедливо) обеспокоен утратой своих choices! Соответственно, FOMO рассматривается не как наркотик, а скорее как безобидный допинг, позволяющий человеку обрести равновесие и восстановить свои козыри в общепринятой ценностной системе.

Разумеется, компоненты страха, входящие в определение FOMO, не новы, и уж появились никак не в 2011 году. Однако именно тогда произошло качественное переосмысление виртуальной реальности и её роли в жизни современного человека. Причем переосмысление это случилось не на уровне бульварной публицистики, а на уровне научной теории. В частности, профессор социологии Массачусетского технологического института (MIT) Шерри Тёркл издала книгу «Одиночество вдвоём: почему мы ожидаем так много от технологий и так мало от друг друга», в которой констатировала полное фиаско её же собственных иллюзий относительно объединяющих и раскрепощающих достоинств интернета.

В первой апологии виртуального бытия — «Жизнь на экране: идентичность в эпоху интернета» (1997) — профессор Тёркл восхищалась компьютерами, потому что они позволили человеку произвести переоценку индивидуальности и раскрыть в себе новые таланты благодаря не только качественно расширившемуся информационному полю, но и знакомству с поистине безграничным числом людей, идей и проч. 

В 2011 году Шерри Тёркл прозрела и поняла, что countless хуже, чем few, то есть избыточность информации гораздо менее продуктивна, чем её недостаточность. Или, переводя разговор в плоскость социологии, миллион друзей хуже пятерых друзей.

Логично было предположить, что в последующие годы (после первичной идентификации FOMO в 2011-м) снисходительное отношение к «новому наркотику» (было же время, когда кокаин продавался в каждой аптеке!) перерастёт в суровое его порицание и даже обструкцию. Куда там! 

Помянутое выше интервью Рэнди Цукерберг служит хрестоматийной иллюстрацией того, как западная цивилизация сублимирует серьёзные проблемы, подменяя их решение какими-то безумными и лживыми химерами. Знаете, как предлагает сестрица Марека бороться с FOMO и интернет-зависимостью? Вы не поверите: для начала нужно осознать, что «time is a very valuable currency», поэтому прежде, чем навязывать своим «френдам» фотографии пищи, употреблённой вами за завтраком, нужно подумать об этикете и воздержаться от злоупотребления «ценной валютой» — чужим временем!

Кульминацией подноготной глубины мысли социологов новой волны служит идея «цифрового шаббата», которую Рэнди Цукерберг зачем-то представила как собственное великое изобретение. Смысл «цифрового шаббата» — раз в неделю перестать

Конечно, сестра Марека ничего не придумала, а химера «цифровой субботы» давно уже оформилась в общенациональное движение, которое аж с 2010 года озабочено «замедлением нашей жизни». Называется движение Sabbath Manifesto, манифест шаббата, и занимается оно пропагандой 10 здоровых заповедей :-).

Помимо очевидных методологических изъянов, «рецепты» (и концепты) Рэнди Цукерберг (и стоящих за ней манифестантов шаббата) угнетают ещё и полной своей беспомощностью перед лицом FOMO. Создаётся впечатление, что западная цивилизация, по традиции ловко и умело диагностировавшая недуг, ощутив на подсознательном уровне полную неспособность выработать лечение, пошла путём маскировки а-ля Петька и Василий Иванович («Петька, ты меня видишь? Нет? Вот и замаскировались!»): отключите штепсель на день раз в неделю — и будет вам счастье!

Природа наделила меня самым действенным противоядием от «страха оказаться не в теме» — солипсизмом и эгоцентризмом, которые автоматически деградируют любую тему, возникающую за пределами моего собственного «Я», как минимум до состояния «может подождать, никуда не денется». По этой причине я не в состоянии ощутить на себе всю разрушительность FOMO. Скажу больше: я вообще сомневаюсь, что у этого феномена есть право на самостоятельное существование.

Корень моих сомнений зарыт неглубоко. Я полагаю, что FOMO — всего лишь субпродукт меркантильной цивилизации, напрямую завязанный на её аксиологию. До тех пор пока материальное потребление остаётся высшей ценностью общества и все члены этого общества стремятся в первую очередь удовлетворять голод обладания вещами, FOMO будет сопутствовать этому обществу как органичный атрибут на уровне физиологии! 

FOMO — это жабры Homo consommatus и Homo parcus, человека потребляющего и человека сберегающего. Лишите это несчастное существо жабр — и оно тут же склеит ласты. На интуитивном уровне общество это понимает, поэтому не предлагает никакой радикальной хирургии, ограничиваясь плацебо «цифрового шаббата».

P.S. Дабы не заканчивать на нигилистической ноте, предлагаю в качестве бонуса ознакомиться с когда-либотекстом выступления моего друга Александра Усанина на Втором Общественном Форуме государственно-патриотических сил России. Александр предложил уничтожить диктат навязанного миру «прогресса потребления» и заменить его на «прогресс отношений», который является поистине главной целью человеческой жизни. На мой взгляд, это самая блестящая идеологическая концепция, какую доводилось слышать. Обратите внимание: не абстрактная идея, а именно идеологическая концепция, то есть нечто, уже отлитое в простую, краткую и доступную пониманию всего общества форму. Концепция, готовая к немедленному волевому воплощению силами государства. (Вот только где это государство?) 

Единственная оговорка: способ воплощения этой идеологии, предложенный Александром Усаниным («Правительству нужно немедленно запретить в СМИ всё, что способствует разрушению отношений различного уровня: запретить передачи, в которых свободный секс преподносится как норма поведения, которые пропагандируют гомосексуализм, лесбиянство, — поскольку они разрушают семью»), совершенно идеалистичен и обречён на провал. Все эти «не пущать!» мы уже проходили, и ничем, кроме невроза двойной морали, они не заканчиваются.

К оглавлению

Касперский рассказал о Stuxnet на российской АЭС Михаил Ваннах

Опубликовано 12 ноября 2013

Выступая 7 ноября 2013 года в австралийском Национальном пресс-клубе в Канберре, глава «Лаборатории Касперского» Евгений Касперский сделал сенсационное заявление. По его словам, широко известный боевой червь — вирус Stuxnet — был обнаружен на одной из российских атомных электростанций! (Увидеть его вы можете здесь, минуты с 26-й.) Новость действительно в высшей степени серьёзная: получается, что кибервойна, диверсии на высокотехнологических объектах, осуществляемые путём скрытой модификации программного обеспечения, доползли и до нашей страны.

На одном из ядерных объектов России обнаруживали Stuxnet.

Попробуем же разобраться в сути происходящего. Прежде всего посмотрим на само заявление. Сделано оно было в непринуждённой атмосфере встречи с журналистами, среди многих других анекдотов и баек, и сопровождалось весёлыми смешками австралийцев. Названия объекта, на котором произошёл инцидент, и даты происшествия Касперский не привёл. Равно как и каких-либо последствий, вызванных этим проникновением, кроме самого его факта — о котором отечественный гуру кибербезопасности узнал от одного из сотрудников заражённого ядерного предприятия.

Но вот картина из непринуждённых слов Евгения Касперского вырисовывается весьма серьёзная. Естественно, внутренняя сеть ядерного объекта была изолирована от интернета. Но Stuxnet’у это ни чуточки не помешало: он въехал в неё на USB-носителе, воспользовавшись одной из уязвимостей, на которые рассчитывали его создатели. И затаился, ожидая возможности прийти в действие. Создателя Второго рейха князя Бисмарка, как известно, интересовали не намерения его врагов, а их возможности. Так вот, по словам Касперского, такую возможность Stuxnet на отечественном ядерном объекте получил.

Насколько можно всему этому верить? Ведь Касперский — бизнесмен, зарабатывающий именно на кибербезопасности. Больше страхов — больше денег! Вот только что в машине слушал трогательную рекламу о горестной судьбе директора гимназии, случайно попавшего на «странный» сайт… Может, и это такой же пиар? М-м-м… Знаете ли, есть такая забавная книжка — «Уголовный кодекс Российской Федерации». А в ней — статья 207, «Заведомо ложные сообщения об акте терроризма»… И есть поминание в ней «иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий»…

И санкции, которые предусмотрены за такое действие, весьма серьёзны… И ограничиться тем, что, получив подобную информацию, ты рассказал о ней лишь журналистам на пресс-конференции, отнюдь не информируя правоохранителей, тоже нельзя. Есть ещё статья 316, «Укрывательство преступлений». Правда, применима ли она — или, может, дело идёт просто об изъятом из нынешнего УК РФ недоносительстве, юристы смогут спорить до бесконечности… Вот только рисковать таким образом никто из нормальных людей, тем более бизнесменов мирового уровня, не станет. Так что будем исходить из простой посылки: факт проникновения был!

И ошибиться, впасть в «добросовестное заблуждение» Касперский никак не мог — ведь по миру весть о Stuxnet пошла с конференции по кибербезопасности Virus Bulletin, где о новинке одновременно рассказали именно Kaspersky Lab и Symantec… Так что приметы зловредного червя сотрудникам «Лаборатории» должны быть ведомы весьма хорошо. Значит, на ядерный объект нашей страны действительно проник профессионально изготовленный «кибертеррорист». О его повадках «Компьютерра» рассказывала давно и очень подробно («Боевой червь Stuxnet», «Американо-израильское происхождение боевого трояна Stuxnet подтверждено»).

Примерно так заражённость Stuxnet распределялась по свету; как видим, и США его не избежали.

Что ж, впадать в панику — что явно в ближайшее время начнут делать представители СМИ «общего интереса» — явно не стоит. Создатели Stuxnet сделали очень многое, чтобы обеспечить его «доброкачественность»: он способен, никак не проявляя себя, сожительствовать со штатным программным обеспечением. И со средой-переносчиком, Windows. И с «целевым органом», контроллером Siemens S7 SPS, который и являлся целью вируса. Начать вредить червь должен был, лишь обнаружив частоты, характерные для центрифуг, использовавшихся в ядерной программе Ирана для обогащения урана.

А такие в России вряд ли присутствуют... Персидские происходят от центрифуг, использовавшихся в пакистанской ядерной программе, а отечественная ядерная техника имеет совсем другие корни и на десятилетия старше… Но вернёмся к афоризму Бисмарка: в его терминах целевая ориентация на центрифуги должна проходить по разряду намерений, но вот способность к проникновению — однозначно возможность. И не важно, что те уязвимости, которыми пользовался Stuxnet, в современных системах отсутствуют. По миру стоит достаточно старого софта, который уже не поддерживается, а в новом неизбежно будут новые дыры…

Ну а промышленное оборудование — оно куда консервативнее компьютеров. И управляющие им контроллеры — также консервативны. Siemens Simatic S7, принцип «порчи» которых путём перепрограммирования PLC (programmable logic control — программируемый логический контроллер) продемонстрировал Stuxnet, родом из девяностых годов, времён Windows 3.11 и трёхдюймовых дискет. Но это — очень добротные и очень распространённые контроллеры, сертифицированные и германским DIN, и нашим ГОСТом, и даже «Российским морским регистром судоходства», с его традиционно очень серьёзными требованиями…

И вот такое оборудование оказывается уязвимым. Да, уязвимость «реализована» не была — никакое оборудование не портилось, никакие штатные процессы не нарушались. Но это не имеет никакого значения… Евгений Касперский обозначил очень серьёзную вещь, которую мы возьмём на себя смелость назвать. Нормальная, естественная «эволюция» технических систем, даже в самых ответственных отраслях человеческой деятельности, отнюдь не порождает систем, удовлетворяющих современным требованиям безопасности, не защищают от угроз, присущих современному информационному обществу…

Давайте представим, как всё происходило. Сначала была классическая инженерия, с её расчётами механических конструкций, пресловутым сопроматом; с паровыми машинами вроде турбин Парсонса и электрическими машинами — часто от той же Siemens… Потом технология начала использовать ядерные процессы — учитывать всякие там эффективные сечения ядерных реакций в барнах. Но все эти алхимические процессы шли в устройствах, созданным по принципам классической инженерии: те же самые инженеры из КБ Грабина, кто перед войной рисовал пушки на конной тяге, после войны проектировали атомные котлы…

Управление сначала тоже было традиционным. Сервомеханизмы середины века на реакторах, самая что ни на есть обычная автоматика и телемеханика на энергетической части, такая же, как на ТЭС. Для связывания компонентов в единую систему использовались сначала аналоговые вычислители, потом — первые цифровые, сугубо специализированные машины. Те, которые давала тогдашняя технология. Медленные, дорогие, требующие непрерывного и квалифицированного обслуживания, но застрахованные от «вирусов» и самой структурой, и тем, что касательство к ним имел узкий круг профессионалов, со времён главы атомного проекта Берии «просвечиваемых рентгеном».

Так выглядят панели безопасности Калининской АЭС: вроде бы вирусу влезть некуда…

Но старые машины — изнашиваются. Запчасти для них — кончаются. Старые кадры — готовые за скромную зарплату выполнять требующий большого количества специфических навыков труд — уходят: хорошо если на пенсию, а то и на ближайший погост… Всё, что касается вычислительной техники, очень легко заменить на современные устройства — высокопроизводительные и мощные, легко программируемые, не требующие постоянного обслуживания. С которыми сопрягаются современные (или относительно современные — вспомним о консервативности промоборудования) средства промышленной автоматики… Так что, скорее всего, такая замена и произойдёт!

Но почему современные ИТ столь дёшевы и мощны? Да вне зависимости от технологий главный секрет (на данном этапе развития!) состоит в массовости производства и харда, и софта. Классические ПК — Intel с AMD; планшеты и «интернет вещей» — ARM… Windows, Android, Linux… Невероятная мощность и сложность всего, доступного за скромные деньги, объясняется тем, что это же доступно сотням миллионов (а то и миллиардам) людей и десяткам миллионов фирм. Есть массовая и однородная среда, в которой могут передвигаться и размножаться вирусы. Windows — и на ядерном гиганте, и у бухгалтера крошечной НКО…

И вот эта-то универсальная и всеобщая среда проникла и на специализированные, строжайше защищённые объекты, унаследованные от более ранних эпох технологии. Сделав их уязвимыми… Тут опять попрошу помощи читателей-медиков: наверное в человеческом организме тоже есть уязвимости, сформированные предыдущими этапами эволюции, подскажете?.. И гальваническая и логическая развязка, как показал Касперский, гарантии от заражения не даёт. (Может, тут подойдёт аналогия с туземцами, которых косили завезённые конкистадорами болезни, но которые щедро рассчитывались с ними «модной болезнью»…) 

А ведь в наше время даже «умный» замок Lockitron требует серьёзного анализа с точки зрения кибербезопасности («Новые проблемы «умных» домов»). Программные системы явно стоило бы проектировать «сверху вниз», на базе открытого кода, со всесторонним рассмотрением возможных уязвимостей и итеративной отработкой их закрытия (премии за найденную «дыру» и т. п.). Но, похоже, нужна ещё одна дисциплина — эволюционная технология (по аналогии с эволюционной биологией), способная учесть исторические особенности развития техники для современного обеспечения безопасности!

Скажем просто: антивирус на домашнем или офисном компьютере — это одно. Компьютерный замок требует уже другой уровень безопасности. Ну а система кибербезопасности сложной технической системы неизбежно должна учитывать характерные свойства самой этой системы. И чем больше вокруг нас будет умных машин, тем это требование должно соблюдаться строже! Ну а пока писалась эта колонка, в массовых СМИ началось то, что лучше наблюдать, запасшись попкорном. «Для нас это тоже было неожиданностью. Мы запросили все атомные станции на всякий случай, хотя понятно, что это маловероятно. Получили ответ, что ни на какой из наших станций... компьютерных вирусов Stuxnet нет». Так сказал директор департамента коммуникаций государственной корпорации «Росатом» Сергей Новиков. Ну что же, подождём дальнейшего хода событий.

К оглавлению

Обладает ли этнос самостоятельным бытием? Размышления о несогласии со Львом Гумилёвым Дмитрий Шабанов

Опубликовано 12 ноября 2013

В трёх колонках (вот они: , и), написанных в августе этого года, я вторгся на территорию, на которой чувствую себя не вполне уверенно. Попытка охарактеризовать разнообразие экологических ниш, которые занимали представители нашего вида в традиционных обществах, имела для меня не только академический интерес. Мне кажется, что характер экологической ниши (особенностей связи со средой обитания) определённого общества задаёт множество особенностей его культуры и даже в некотором роде судьбы. Конечно, этот фактор — далеко не единственный, влияющий на культуру, есть и другие — вероятно, даже более важные. Но всё-таки этот фактор является особым хотя бы в силу того, что он катастрофически недооценён.первая вторая третья

Начиная развивать в колонках эту тему, я ожидал, что получу отповедь, в которой мне укажут на недостаточный уровень моей компетентности и на то, что я лишь искажаю выводы Льва Николаевича Гумилёва. Странно: на мою некомпетентность читатели «КТ» чаще жалуются, когда я пишу о вопросах, связанных с экологией (а в этой области у меня как-никак и учёная степень, и определённое количество работ, посвящённых популяционной экологии, да ещё и более двух десятков лет опыта преподавания общей экологии). Колонки об особенностях культур с этой точки зрения как-то не критиковали… А со взглядами Гумилёва то, что я писал, сравнить надо все равно. В зависимости от того, соглашаемся с Гумилёвым или нет, мы будем по-разному отвечать на вполне животрепещущие вопросы современности. Среди них — проблема отношения к мигрантам, представляющим другие этносы. Некоторые из критиков прошлой колонки высказывали суждения, вполне вписывающиеся в логику Льва Гумилёва. Я с ними не согласен, и хочу обосновать, почему.

Сразу надо сказать, что Лев Николаевич Гумилёв — человек исключительной судьбы. Сын Николая Гумилёва и Анны Ахматовой, он родился в 1912 году, и уже вскоре отношения между его родителями разладились. В 1921 году Николай Гумилёв был расстрелян. По жизни Льва Гумилёва прошёлся тяжёлый каток: арест, освобождение ненадолго, ещё арест, срок, поражение в правах, война, небольшой мирный промежуток и защита кандидатской, снова арест, снова лагеря… Эта последовательность событий заняла промежуток с 1935 по 1956 год. Потом — защита докторских диссертаций по истории и географии (географическую не утвердили). Научная работа на фоне неодобрения его идей значительной частью научного сообщества, неудачные выборы в Академию наук, пенсия в 1986 году и смерть в 1992-м.

Гумилёв рассматривает историю человечества как следствие развития и взаимодействия этносов. Понятие этноса очень непростое, и разные научные школы трактуют его по-разному. Ближе всего это понятие ко всем известному слову «народ». Этносы характеризуются определённой общностью с точки зрения их культуры (включая язык и религию), происхождения (пресловутого родства по «крови») и самоидентификации (представлениями об общности, характерными для составляющих этносы людей). Одни авторы придают особое значение именно самоидентификации, другие (как Гумилёв) — происхождению. Особое внимание Гумилёв придаёт становлению этноса, в ходе которого он оказывается связан с тем или иным ландшафтом (территориальным комплексом, характеризующимся определённым единством с точки зрения рельефа, климата, геологического строения, биологических сообществ). В результате неизвестного взаимодействия с ландшафтом представители этноса могут получить определённую социальную энергию, которая называется пассионарностью. Историю, по Гумилёву, творят пассионарии…

Характеризуя свой подход, Гумилёв пишет вещи, которым радуется моя душа. Он декларирует, что хочет рассматривать культурную эволюцию человечества, используя системный подход, действуя так, как принято действовать в естественных науках. Кстати, меня очень радует, что, характеризуя ландшафты, Гумилёв использует термин «антропофауна». Другой вопрос, действительно ли удаётся Льву Николаевичу применить естественнонаучный подход — или все ограничивается декором?

«“Но ведь это биологизм!” Так кричат те, кто не задумывается над сущностью явлений природы. <…> Это — дополнение к социальной эволюции, а не замещение её, ибо прогресс — процесс развития социума, а этнос может быть сопоставлен с мелкими таксономическими единицами внутри вида Homo sapiens, рода Hominides, отряда Primates, семейства Mammalia (млекопитающих) и класса Animalia (животных). Мы порождение земной биосферы в той же степени, в какой и носители социального прогресса.

Естественники приняли системный подход с радостью, а гуманитарии его игнорировали. И это не случайно: филологи и историки черпают первичное знание из письменных источников, а в оных о системных связях нет ни слова. С их точки зрения, системы — выдумка, к тому же бесполезная.

Лев Николаевич Гумилёв. «Этносфера: история людей и история природы»А как же быть с этносами? Очень просто: надо различать их по названиям; узнать же эти названия следует у них самих, как в паспортном столе милиции. Нет, это не шутка, а, увы, научная установка, бытующая поныне». 

Тут у меня возникают вопросы. Один из них связан с тем, что доктор наук, гуманитарий, ссылающийся на естественнонаучное знание, не берёт на себя труда в этом знании разобраться. Название нашего вида — Homo sapiens, и уже отсюда со всей непреложностью следует, что мы относимся к роду Homo. Увы, огромное количество пишущих людей не понимает сути бинарной номенклатуры. В зоологии латинское название вида (а только оно и является настоящим; правила Кодекса зоологической номенклатуры не распространяются на иные языки) состоит из двух слов. Первое слово — родовое имя (оно всегда пишется с прописной, «большой» буквы), а второе — видовой эпитет (всегда пишется со строчной, «маленькой»).

Может, Гумилёв перепутал род с семейством? Название семейства, к которому мы относимся, похоже на то, что он написал, но все равно иное — Hominidae. Конечно, млекопитающие — класс, а не семейство, животные — царство, а не класс… Это, вообще говоря, азбучные истины, основы школьной программы.

Вы скажете, я цепляюсь к мелочам? Они кажутся мне многозначительными. Так или иначе, основная проблема такова. Является этнос системой, которую нужно изучать естественнонаучными методами, или это что-то такое, о чём нужно просто спрашивать его представителей (да-да, спрашивать надо представителей этносов, а не сами этносы, как пишет Гумилёв). Является этнос чем-то самостоятельным, существующим, как существуют иные системы, исследуемые естественными науками, или это попросту результат самоидентификации отдельных людей? Эту ключевую проблему можно сформулировать и так: этнос — феномен или эпифеномен? Феномен — нечто явленное, эпифеномен — то, что обладает лишь кажущимся бытием.

Если ключевой причиной, формирующей этносы (точнее, представления о них) является самоидентификация составляющих их людей, этносы можно рассматривать как эпифеномены. При взгляде «со стороны» не существует русского народа, чеченского народа или еврейского народа, есть лишь люди, которые воспринимают себя как часть русского народа, чеченского народа или еврейского народа.

Если, как считал Гумилёв, этнос является чем-то целостным, связанным общим происхождением с определённым ландшафтом, получающим и перераспределяющим энергии, питающие его пассионарность, он, конечно, является феноменом.

На языке этнологов тот выбор, который я сейчас охарактеризовал, можно представить как выбор между примордиализмом (этнос — нечто первичное) и конструктивизмом (этнос — то, что конструируется в культуре составляющих его людей).

Может быть, проблема, которую я только что охарактеризовал, представляет исключительно академический интерес? Если бы! Идеология национализма рассматривает нацию (нечто родственное этносу в трактовке Гумилёва, с акцентом на «кровь») как то, что обладает самостоятельной ценностью, превосходящей ценность отдельных индивидов. И Гумилёв, и многие из националистов обосновывают свои выводы ссылками на биологию. И тут-то я чувствую, что эти рассуждения касаются той сферы, которая представляет для меня профессиональный интерес. Ну что, есть с чем разбираться.

Конечно, первое ощущение биолога, который видит, как гуманитарии подпирают свои рассуждения ссылками на биологию, — возмущение. Ну почему они не пытаются разобраться в том, на что ссылаются? Думаете, путаница с классами-семействами — единственный пример?

«Непонятно было лишь, как возникают сами пассионарии и чем они отличаются от своих соплеменников. Друг биолог, тоже студент, подсказал слово: «мутация». А ведь и верно! Только это микромутация, меняющая что-то. в гормональной системе организма и тем самым создающая новый поведенческий признак. Человек остаётся самим собой, но ведёт себя по-другому»

Л. Н. Гумилёв«Пассионарность — наследственный признак, видимо, рецессивный, так как он передаётся, минуя детей и внуков, к правнукам и праправнукам». 

То, что сын двух поэтов, который провёл значительную часть жизни в лагерях, не знает школьного курса биологии, вполне простительно. То, что доктор наук, обосновывающий свои концепции с помощью терминов из малоизвестной для него области знания, даже не стал в них разбираться, на мой взгляд, совершенно недопустимо. Увы, приведённая цитата показывает, что Гумилёв не понимает, как возникают поведенческие признаки (и, кстати, какую роль в их происхождении играет культура), не понимает, как работают гормоны, какую роль наследственные признаки играют в управлении поведением, не понимает значения слов «мутация», «микромутация», «рецессивный». Печально…

Для меня как для биолога интересна тема связи этноса с ландшафтом. Гумилёв говорит о том, что предлагает классификацию культур по принципу их взаимодействия с природой, и даёт очень простое разделение этносов на две группы — вписанные в ландшафт и изменяющие его (этносы в персистентном или историческом состоянии). Персистентные этносы он рассматривал как часть ландшафта (их антропофауну), игнорируя изменения биоценозов, являющиеся следствием присутствия в них человека. Этносы в историческом состоянии ландшафты всё-таки меняют, но… Просто обидно читать! Гумилёв пишет об изменении этносом ландшафта, а не о характере отношения этноса с ландшафтом, то есть, по моему мнению, путает следствие с причиной. Изменение ландшафта, если оно имеет место, является следствием характера отношений с ним. Например, если некий народ сводит леса, практикуя подсечное земледелие, географ будет цокать языком, наблюдая изменение ландшафта, а его причину (специфику использования ресурсов, вызванную характером земледелия) увидит прежде всего эколог.

И экологу будет ясно, что в одном и том же ландшафте могут жить народы, взаимодействующие со своей средой по-разному. В лесу и степи можно жить охотой, а можно заняться скотоводством (преимущественно в степи) или земледелием (на территории, отвоёванной у леса). Множество особенностей культуры этносов, населяющих эти регионы, будет определяться именно их образом жизни и, кстати говоря, будет перестраиваться в случае изменения отношений со средой.

Теперь насчёт ссылок на биологию. Не вижу в них ничего, кроме натянутых аналогий. Единственное «доказательство» биологической природы пассионарности, которое я нашёл у Гумилёва, — аналогия с перелётами саранчи. После работ сэра Бориса Уварова (российского энтомолога, переехавшего в Британию), вышедших в начале XX века, мистический ореол с перелётов саранчи снят. Никаких оснований подозревать, что у человека есть механизм, переключающий индивидуальное развитие на одиночную или стадную фазу, нет. Аналогия не работает.

Вообще, бедой многих людей, рассуждающих на околобиологические темы, является непонимание специфики разных уровней биосистем. Да, живые системы организованы иерархически. Да, есть некая аналогия в том, что клетки образуют организм, а организмы — популяцию. Но из этого совершенно не следует, что организм и популяция функционируют сходным образом. Организм — отграниченная от среды система, которая выживает и размножается как единое целое и имеет специфические управляющие системы (нервную, гуморальную, иммунную). Популяция может не иметь никаких границ, кроме чисто статистических, функционирует благодаря размножению, развитию и гибели составляющих её организмов (связанных самыми разными отношениями, включающими в себя и конкуренцию) и лишена управляющих структур. Я совершенно согласен с Гумилёвым, что мы являемся порождением земной биосферы, но это не мешает мне видеть кардинальную разницу между таксономическими группами и этносами. Такие аналогии только мешают пониманию.

Представление о самостоятельном бытии этносов, «объективности» принадлежности к ним отдельных людей (примордиализм) не имеет биологического фундамента (как, предполагаю, и любого другого). Мифология чистой воды. Биология (и экология, как её часть) могут помочь этнологии в другом — в понимании взаимосвязей со средой отдельных людей и их динамически возникающих и перестраивающихся групп. Тут есть о чём думать и что изучать…

Итак, мне стало ясно. Этнос — эпифеномен.

К оглавлению

Micromax, ты кто такой? Давай, до свидания! Сергей Голубицкий

Опубликовано 12 ноября 2013

Добрые люди, зная мои индийские пристрастия, подкинули линк на статью, опубликованную в рамках проекта Russia & India Report, который, в свою очередь, является частью Russia Beyond the Headlines — глобального усилия «Российской газеты», направленного на облагораживание международного образа нашей Родины. Статья называется «Micromax ожидает серьёзная конкуренция на российском рынке смартфонов» (написана по-английски, разумеется), и в ней рассказывается о том, как один из лидеров индийского смартфоностроения — компания Micromax — вроде бы собирается стать (по слухам) «первым индийским производителем телефонов на российском рынке».

Поскольку я неплохо знаком с индийскими брендами мобильных трубок и неоднократно рассказывал читателям «Компьютерры» и «Бизнес-журнала» о чудесах Maxx, Spice, Karbonn и Micromax («Тихая революция», «Доши, бхавы, раши, Capo», «Ждите вечно!»), публикация в «Русско-индийском докладе» меня изрядно повеселила. Впрочем, от критики постараюсь воздержаться, поскольку информационный ресурс носит ярко выраженный агитационный характер и аналитические прорывы в его повестку дня не входят: главное, чтобы Отечество было показано в достойном свете и наши друзья не обиделись.

Установка на дружбу между народами принесла единственно возможный плод: в тональности анекдота про генерала, рядового Рабиновича и орла, Micromax приободрили похлопыванием по плечу: «Будет, браток, на российский рынок пробиться сложновато, ну так — чем чёрт не шутит! — лиха беда начало, кто не пробует, тот не выигрывает, ну и вообще: счастья вам, ребята, потому как ещё старик Хоттабыч завещал: «Хинди руси бхаи бхаи!»

На самом деле, если мы и вправду считаем, что хинди руси бхаи бхаи, нужно бить набат, связываться с офисом Micromax и отговаривать его что есть сил от похода на русский рынок, ибо манёвр этот ничем, кроме потерянных денег, не обернётся. Больших и серьёзных, потому что шансов у индийского бренда даже на обеспечение себе маргинального присутствия нет никаких. 

Весьма показательно, что причина моего пессимизма далека от самой Micromax и целиком заключена в своеобразии дорогого Отечества. Причём не отечественного рынка даже, а национальной ментальности, психологии и тех тонких материй, которые только и способны метнуть граждан на амбразуры прилавков, стимулируя расстаться с кровно заработанными деньгами. 

Начну, однако, по порядку, дабы у читателей не сложилось впечатление, что его против воли заталкивают в заранее заготовленную ментальную конструкцию, к реальности отношения не имеющую. 

Итак, Micromax — это бенгальский (восточное побережье Индостана) ответ компании Maxx из штата Махараштра (западное побережье). Оба титана смартфонного рынка Индии появились на свет на рубеже веков и выросли из не пойми чего (розничная торговля бытовой и компьютерной электроникой и производство аккумуляторов у Maxx, софтостроение — у Micromax). И Maxx, и Micromax успешно возделывают общую жилу по имени «Великая шаньджайская революция», вернее даже — маленькую её вариацию: уникальный микросхемный конструктор, который сложила из своих Systems–On–Chip (SOC), «систем на чипе», тайваньская Mediatek.

Иными словами, китайский производственный гений великодушно предоставил Индии возможность создавать собственные неповторимые смартфоны, складывая их из пазла готовых микросхем. Для Индии, производственные возможности которой в сфере компьютерных технологий почти не отличаются от российских (читай — никакие), схема сотрудничества пришлась по душе: бесконечно одарённые в эстетическом отношении индусы разрабатывают собственный оригинальный дизайн смартфонов, а затем передают заказ на Тайвань, где пластиковую или алюминиевую коробочку наполняют чипами беспроводной коммуникации, интегрированными фотокамерами, ускорителями кодеков MP4/H.263 и H.264, видеочипами, передовыми матрицами экрана и т. д. В итоге Индия получает внешне неповторимый, элегантный смартфон, непременно с двумя сим-картами, иногда с FM-радио, достойной производительностью класса upper-middle и ценой от $200 до $300, достаточной, чтобы сдвинуть с пьедестала именитые интернациональные бренды вроде Samsung и Nokia. 

О динамике экспансии Maxx / Micromax / Karbonn, умудрившихся за несколько лет полностью перекроить местный рынок и заставить мировых грандов серьёзно волноваться, я повторять не стану, потому как подробно описал ситуацию в «Тихой революции». Скажу лишь, что Индия — это крупнейший в мире рынок мобильных телефонов (сильно больше Китая), который стимулируется двумя факторами — приоритетом эстетики над функциональностью и сокрушительной бедностью населения. От этих двух печей и пляшут местные «производители», с лёгкостью обставляющие транснациональных грандов.

И вот теперь представьте себе, что одна из таких индийских компаний — в нашем случае это Micromax — собирается покорить российский рынок мобильных телефонов (вернее, смартфонов). Как же она намеревается это делать? Чем будет брать?

В статье, опубликованной в Russia & India Report, автор (Александра Кац), полагаясь на здоровую интуицию (в том смысле, что понимает: Micromax не пройдёт), обращается за разъяснениями к отечественным аналистам, которые отвечают, как и полагается честным аналистам, цифрами и рассуждениями о трендах. Ребята добросовестно рассказали о росте рынка смартфонов в России (аж 12,3 миллиона штук, проданных в 2012 году) и о процентном увеличении доли смартфонов относительно традиционных мобильных трубок (аж 5,8% за год). Не забыли помянуть о любви россиян к серьёзным брендам — Samsung, Nokia, Apple, HTC, FLY и LG. 

Из всего сказанного сделали вывод, что Micromax придётся тяжко. Для утешения на посошок, правда, напутствовали: россияне, оказывается, не прочь купить дешёвенькое (глава в статье так и называется — «Price matters»), поэтому растут продажи в самом недорогом секторе (смартфоны дешевле $100 оттягивают на себя целых 15% рынка).

Проблема, однако, в том, что всё перечисленное не имеет ни малейшего отношения к Micromax. Во-первых, смартфоны Micromax вовсе не относятся к low to low-middle class; во-вторых, все эти цифры-продажи-проценты сами по себе напрочь лишены смысла в рамках парадигмы либертарианской «икономикс».

Мне искренне думалось, что в 2013 году люди уже набрались достаточно опыта, чтобы выбросить на свалку истории все экономические теории, из которых выхолощены национальные, культурные, социальные и цивилизационные детали. Представление о том, что все рынки в мире одинаковы и что все экономические (не говоря уж об общественно-политических и социальных) законы действуют везде одинаково — это чудовищная химера, которая уже тысячекратно продемонстрировала своё неумение не то что предсказывать будущее, но даже адекватно отражать настоящее. 

Ан нет! Упорно продолжают нести чикагскую чушь о том, что все люди одинаковые и мотивации китайских, индийских, русских и зимбабвийских потребителей точно такие же, что и французских, норвежских и американских! Когда же этот морок закончится? Когда они наконец перепишут свои MBA-шные учебные программы и начнут вдалбливать в бошки будущих аналистов концепты, которые позволят адекватно отражать жизнь?!

У Micromax нет никаких шансов пробиться на русский рынок не потому, что русские любят Samsung, Nokia или Apple. В данном конкретном случае дело не в брендах, а в национальном самоощущении. Русскому человеку скоро уж 100 лет как вбивают в голову представление о второсортности. И не нужно строить иллюзий: вся советская грандомания — от полётов в космос до строительства БАМа — не более чем компенсаторная антитеза: мы, мол, может, и второсортные, но морду, если надо, набить сможем! 

Подобные контрпроекты способны создать иллюзию морального удовлетворения, но ненадолго: человек, порадовавшись за атомный ледокол «Ленин» и Белку со Стрелкой, отрывался от телеящика/газет, выходил на улицу и видел такое вокруг убожество (автомобили, магазины, продукты питания, одежда, сервис, инфраструктуры, жилье, дороги и т. п.), что быстро трезвел и возвращался туда, куда его глобально воткнули, — в ощущение собственной непришейрукавности. 

В рамках этого мироощущения у русских людей сформировалась параллельная табель о рангах. На вершине этой табели находятся немцы и японцы. Чуть пониже — прочие европейцы. Еще ниже — канадцы и американцы. Последние, впрочем, на уровне национального русского менталитета воспринимаются иронично: воевать не умеют, пустобрехи, наглецы, трусы, двойная мораль и т. д. В соответствии с этой национальной табелью о рангах выстраиваются все глобальные предпочтения брендов на российском рынке. Лучше немецкого качества нет ничего на свете (ох, как замечательно этот урок усвоили ребятки из Bork’a!). Надпись Made in Japan — гарантия запредельного качества (а уж если предмет изготовлен для внутреннего японского потребления, то ему вообще цены нет!). И так далее. 

Разумеется, с частными вариациями: косметика и парфюмерия — непременно французские, обувь и мужские наряды — итальянские, закос под аристократические манеры должен быть английским. В общем, понятно. 

Где в этой табели о рангах находятся индийцы? Нет, сперва — китайцы! Китайцы находятся очень и очень низко. Для того чтобы переубедить рядового российского потребителя и заставить его поверить в то, что Китай — это не символ «наколенной сборки дядюшки Ляо», а место, где давно уже производится ВСЁ НА СВЕТЕ, потребуется, думаю, ещё не одно десятилетие. После бурного жизненного опыта 90-х годов веры нет никакой. По этой причине так мучительно продвигаются на российском рынке чайнафоны, которые по большей части в технологическом отношении дадут фору любому мегабренду. К тому же за одну пятую цены. 

Ан нет! Не покупают чайнафоны, и всё тут! Хоть тресни. А почему? Потому что нет доверия. 

Теперь — момент истины: какое отношение на российском рынке к Made in India? Для меня Бхарат — духовная родина, но истина дороже: отношение чудовищное! Более низкого рейтинга представить себе невозможно. Если уж русское все разваливается по пути из магазина домой, то индийское непременно должно развалиться ещё на прилавке. «Индийский код», «индийское качество», «индийские ткани» — это мифологемы, которые вытравить из национального русского сознания в обозримом будущем невозможно. 

Что же делать Micromax? Ведь смартфоны под этим брендом объективно выходят замечательные! Увы, это никого на российском рынке волновать не будет, поэтому придется начинать маркетинговую кампанию с усилий доказать: наши смартфоны — индийские лишь по дизайну! Внутри они самые настоящие китайские!

Вот только... поможет ли такая тактика? С учётом печального места, которое занимает Китай в российской табели о рангах.

P.S. Есть, правда, ещё одно хитрое решение: всячески скрывать своё происхождение! Как показывает опыт бесчисленных российских фирм-перевёртышей (от Bork до Vitesse), наивный отечественный потребитель, в массе своей далёкий и от иностранных языков, и от понимания национальных тонкостей, отлично ведётся на такой мякине и бойко разбирает якобы «немецкие» и якобы «французские» товары. Так что для Micromax не всё потеряно. Вот только согласится ли индийский бренд на такую дискриминацию? Хочется надеяться, что не согласится.

К оглавлению

История одного виртуального убийства Сергей Голубицкий

Опубликовано 11 ноября 2013

Аналитики, тем более финансовые, очень редко используют резкие выражения в своих отчётах. О том, чтобы подписывать приговоры, вообще не может быть речи: компании, чей хлеб с маслушком зависит от корпоративного рынка, никогда в жизни не станут размазывать по стене другие компании — даже в угоду своим непосредственным клиентам. И дело тут не в корпоративной этике (тем более что это чистый оксюморон), а в дальновидности: негоже плевать в колодец, из которого наверняка когда-нибудь придется испить водицы.

Тем более удивительно в подобном статус-кво встретить не просто исключение, а исключение прямо-таки вопиющее. 28 октября 2013 года агентство Forrester Research опубликовало аналитический отчёт (линк, впрочем, бессмысленный, потому как для любопытствующих стоимость документа — $499) своего вице-президента Нейта Эллиота, посвящённый эффективности рекламных компаний онлайн — и в частности в социальной сети Facebook. 

О том, что будет весело, можно догадаться уже по названию: «Почему Facebook подводит маркетологов». Однако гораздо интереснее выводы, которые делает аналитик Forrester: «Отдача от рекламных кампаний в Facebook значительно ниже, чем от любой другой цифровой маркетинговой площадки, поэтому... даже не думайте выделять для Facebook отдельного рекламного бюджета» (!!!).

Ни много ни мало. Генри Блоджет, гендиректор The Business Insider, в телевизионной программе Yahoo! Finance когда-либозаявил, что это самая жесткая формулировка в аналитическом отчёте, которая попадалась ему на глаза: Forrester прямым текстом говорит своим клиентам: не покупайте рекламу у Facebook — это пустая трата денег, потому что отдача получится самая мизерная. По сути, это акт виртуального убийства! Причем — кого: фаворита рынка и крупнейшей в мире социальной сети! С ума сойти можно. Что ж, попробуем разобраться.

Для начала, чтобы у читателей не создалась иллюзия басни Крылова, небольшая справка: Forrester Research — это самое авторитетное в мире независимое аналитическое агентство, специализирующееся на высоких технологиях. У Forrester пять исследовательских центров в США (в Кембридже, Нью-Йорке, Сан-Франциско, Вашингтоне и Далласе), четыре — в Европе (в Лондоне, Амстердаме, Франкфурте и Париже) и четыре — в Азии (в Дели, Сингапуре, Пекине и Сиднее). Годовой доход Forrester — $292 млн, чистая прибыль — $26 млн. Клиентами Forrester являются практически все крупные компании, имеющие прямое или косвенное отношение к высоким технологиям.

Я далёк от мысли, что аналитический отчет Forrester, опубликованный 28 октября, оказал прямое влияние на текущие биржевые котировки Facebook (хотя чисто визуальные коннотации и напрашиваются), однако в том, что в ближайшие кварталы доходы Facebook от рекламы будут скорректированы, причём в меньшую сторону, можно не сомневаться: подобные «призывы к убийству» даром никогда не проходят. 

Что же конкретно вменил в виду Facebook Нейт Эллиот? Исходным материалом для аналитических выкладок послужил репрезентативный опрос 395 рекламодателей, которые используют все ключевые маркетинговые площадки интернета. Опрос показал, что реклама на Facebook уступает по эффективности не только всем традиционным формам прямого маркетинга (обзоры и рейтинги на сайтах, использование поисковых машин, почтовые рассылки, создание бренд-сообществ, вирусный маркетинг), но и кампаниям, проводимым в других социальных сетях.

Facebook обошли Google (номер 1 мире по эффективности рекламы), LinkedIn и Yahoo. Хуже — только Twitter и MSN. Что не удивительно: с MSN и так все ясно, а реклама на Twitter в сегодняшнем её виде — это просто пародия.

Разумеется, Forrester не просто констатирует низкую эффективность отдачи рекламных компаний на Facebook на основании опроса рекламодателей, но и анализирует причины подобного результата.  

Во-первых, это отсутствие механизмов и каналов на площадках Facebook, которые обеспечили бы обратную связь между рекламодателями и его потенциальной аудиторией (в реалиях Facebook речь идёт о тех пользователях социальной сети, которые нажали на кнопку Like под публикациями, размещёнными либо на выделенной странице рекламодателя, либо под конкретной статьей, представляющей тот или иной продукт рекламодателя). Было бы логично, чтобы сайт в автоматическом режиме поставлял в ленту «фанов» бренда (или продукта) все последующие посты, связанные с этим брендом (или продуктом), однако это происходит лишь в 16% случаев (то есть дальнейшей проработке подвергается лишь 16% пользователей Facebook, «лайкнувших» ранее релевантный пост).

Во-вторых, у Facebook очень низкий показатель таргетинга целевой аудитории (менее 15% рекламных объявлений поставляется тем, кому эти объявления потенциально могут быть интересны). Как следствие, CTR ниже, чем у остальных социальных сетей.

Причину столь нерадивого отношения к рекламодателям, по мнению Forrester, можно объяснить таким простым словом, как «зажрались». В прошлом году Facebook удалось собрать более $4 млрд на рекламе, поэтому банально не хочется совершать лишние телодвижения: зачем что-то улучшать, если и так рекламодатели придут как миленькие? Придут, потому что деваться некуда: как-никак — крупнейшая в мире социальная сеть! Кто же станет добровольно отказываться от аудитории в 1 миллиард потенциальных покупателей?!

Последнее обстоятельство служит поводом для глубокого пессимизма Forrester Research, которое полагает, что в обозримом будущем у Facebook не возникнет побудительных причин для повышения эффективности своей рекламной площадки. Отсюда и рекомендация: не несите деньги Мареку Цукербергу!

В Facebook аналитический отчёт Forrester, ясное дело, проигнорировали (общепринятая практика), зато дали волю эмоциям в письме, направленном на портал The Business Insider, который этой теме по всем правилам сенсационной журналистики придал вторую жизнь (одно дело — аналитический отчёт, распространяемый по специалистам за $500, другое — публикация на открытом портале с аудиторией в несколько миллионов посетителей): «Мы, конечно, соглашаемся, что социальные сети находятся ещё в стадии своего становления, однако выводы, сделанные в отчёте, местами выглядят нелогичными, а местами — так и вообще безответственными. Реальность такова, что реклама на Facebook работает. Именно поэтому у нас более миллиона активных рекламодателей, в том числе и все из списка Ad Age 100 [100 крупнейших рекламодателей Америки. - С. Г.]. Многочисленные исследования показали, что маркетинговые компании на Facebook обеспечивают значительную отдачу». 

Справедливости ради скажем, что Forrester Research и не говорило никогда, что реклама на Facebook не работает. Было бы странно такое говорить про компанию, которая ежегодно собирает с рекламодателей по $4 млрд. Нейт Эллиот писал лишь о том, что эффективность рекламы на Facebook ниже, чем у конкурентов.

Теперь самое интересное. Гарри Блоджет указывает на прямые ошибки в аналитическом докладе Forrester Research. Так, Нейт Эллиот предсказывает, что «умные» деньги уйдут из Facebook: «Ряд именитых брендов уже пролил первую кровь, объявив о полном своем выходе из этой социальной сети». На самом деле отказались размещать рекламу на Facebook пока только две компании — General Motors и Mark Cuban. Причём General Motors уже успела передумать и вернулась обратно. Вот только меняют ли что-то в общей картине подобные нюансы?

На мой взгляд, аналитический отчет Forrester Research — это хрестоматийный пример того, как любой профессиональный подход рискует попасть пальцем в небо при попытке осмыслить явление, не выходя за пределы его внутренней системы. Происходит это потому, что всякий взгляд изнутри неизбежно ведёт к игнорированию обратных связей, которые устанавливаются между явлением и внешним миром.

Конкретно в случае с Facebook: Нейт Эллиот констатирует низкую эффективность рекламной кампании по сравнению с другими социальными сетями. Можно ли считать это фактом? Безусловно можно. Следует ли из этого, что Facebook будет терять клиентов и рекламная выручка упадет? Никаким образом не следует! Рискну предположить, что доходы от рекламы Facebook будут и дальше увеличиваться, причём многократно. 

Почему так? Потому что феномен виртуальной жизни под названием Facebook давно вышел на такой уровень влияния на общество, когда частности его внутренней системы (в том числе и эффективность рекламы) становятся ничтожными на фоне глобальных коннотаций. Коннотации же эти таковы, что Facebook — это самая крупная в мире социальная сеть с самой большой аудиторией, игнорировать которую невозможно ни при каких обстоятельствах! Даже если эффективность отдачи от рекламы на Facebook снизится еще на порядок, все равно все без исключения рекламодатели будут вынуждены проводить в социальной сети Цукерберга свои маркетинговые кампании. Только потому, что место Facebook в мировой ноосфере уникально. 

По той же причине, кстати, безудержно растут котировки FB на бирже. Растут и будут расти и дальше. Можно не сомневаться, что через два–три года акции FB будут стоить не менее $200 за штуку (а может, и все $500). Инерция глобального статуса — штука совершенно необоримая и неудержимая. 

Один таки вопрос у меня остается нерешённым: зачем Нейту Эллиоту (и Forrester Research) понадобилось писать отчёт, который заведомо уведёт клиентов в ложном направлении? Призыв к отказу от рекламы на Facebook — это абсолютный нонсенс, противоречащий здравому смыслу и реальности. Зачем же понадобилось этот отказ предавать публичной огласке?

К оглавлению

IT-рынок

С Цукербергом не по пути: как Snapchat отклонила предложение на три миллиарда Евгений Золотов

Опубликовано 15 ноября 2013

Если следовать правилам, старту любого проекта предшествует тщательное планирование, включающее в том числе проработку стратегических вопросов: чьи потребности он будет удовлетворять, чем отличаться от конкурентов, из чего составится доходная часть бюджета. На практике же интернет-проект обычно проще и быстрей запустить и посмотреть, что получится, а потом уже вспоминать о стратегии. Именно так, из голой идеи, на чистом энтузиазме, без чёткого плана проклюнулись многие интернет-гиганты — и в их числе Facebook. И так же точно родилась пару лет назад забавная программулина под названием Snapchat.

Собственно говоря, у ребят, её написавших и до недавнего времени ютившихся почти буквально в хижине на пляже, и сегодня нет чёткого понимания, как именно они будут зарабатывать на хлеб ещё через два года. Но когда на днях они отклонили предложение Марка Цукерберга продаться за три миллиарда долларов, внезапно обозначилась стратегическая деталь, которой раньше по большому счёту никто не видел и не предполагал. И на новом фоне отказ от миллиардов уже не выглядит мальчишеством.

Про Snapchat в этой колонке речь шла совсем недавно (см. февральскую «кто-тоПо прочтении сжечь»), а наверняка сталкивался с ней и лично, так что я повторю только основное. Это мобильное приложение, написанное двумя американскими студентами по классической схеме: никакого внешнего финансирования, чудаковатая и даже смешная идея, плюс огромное желание удивить мир. Идея, на первый взгляд, и правда смешна, по крайней мере однокурсники поначалу над Snapchat натурально похохатывали: смысл — в обмене фотографиями, которые уничтожаются сразу после просмотра, этакий «инстаграм быстрого употребления».

Сетяне, однако, замысел оценили, и сегодня Snapchat переправляет 350 миллионов фото- и видеосообщений в сутки, и количество это быстро растёт (летом было почти вдвое меньше). Предполагается, что пользователи увидели в этой задумке лекарство от болезни, свирепствующей в цифровом мире: каждая программа, каждый веб-сервис стремятся узнать о клиентах максимально больше — и давление это многих утомило настолько (подтверждено опросами!), что люди часто отказываются от интересных новинок из отвращения или страха перед потерей приватности.

Snapchat «в душу» к пользователю не лезет и сообщения (вроде бы) не коллекционирует. В результате к ней прибилась сначала юная (от 13 до 25 лет), а потом и старшая (вплоть до 40 и выше) возрастные категории. И расти есть куда: львиная доля пользователей всё ещё сосредоточена в США.

Видя это и зная, что его собственный проект ткнулся в стену непонимания в отношениях с молодёжью, а монетизация мобильного трафика оставляет желать лучшего, Цукерберг уже подкатывал к создателям Snapchat как минимум один раз. Было это прошлой зимой, когда Марк не побрезговал лично приехать в ту самую хижину, но покинул её ни с чем. Сколько и чего он тогда предлагал Эвану Шпигелю и Бобу Мёрфи, никто не знает. Зато все видели, как Facebook сразу после этого запустила собственное приложение почему-тоPoke, функционально схожее со Snapchat. Вот только Poke, увы, «не пошло», так что фейсбуковцы с момента первого релиза ни разу его даже не обновляли. Кривая популярности же Snapchat, напротив, забирала всё круче вверх. Так что на днях (вероятно, подогретый и успешным IPO Twitter, которую биржа оценила почти в $25 млрд), Марк Цукерберг повторил свою попытку. И на этот раз цифра просочилась. Если верить Wall Street Journal, за Snapchat было предложено $3,2 млрд, причём деньгами, не акциями. Четыре «Инстаграма», если угодно.

Шпигель и Мёрфи.

Цукерберговская манера бросаться миллиардами не всем по душе, но, как говорится, хозяин барин. А Snapchat (по крайней мере сейчас) — конфетка, которую охотно купит и кто-нибудь другой, если не поторопиться: к ней не липнет никакой мусор! Ведь, вообще говоря, у Snapchat не всё гладко. Скажем, в этом году вскрылось, что пользовательские сообщения, вроде бы исчезающие спустя несколько секунд после открытия, на самом деле остаются и в памяти мобильных устройств, и даже на серверах компании (где хранятся месяц). Кроме того, по крайней мере на первых порах Snapchat использовалась в значительной степени для секстинга, а детская обнажёнка — не то, во что вкладываются солидные инвесторы.

Однако всё это не помешало принять летом очередной транш инвестиций, сделанных исходя из предполагаемой совокупной стоимости компании в $800 млн. Возможно, дело в том, что секстинг хоть и остался (буквально вчера в Канаде были арестованы несколько подростков, менявшихся контентом, классифицированным как детское порно, через Snapchat), но сильно уступил просто казуальному общению, то есть общению ни к чему не обязывающему, не заставляющему задумываться (о содержании и последствиях). Такому, за который мать и душу продадут классические соцсети.

И вот тут мы подходим к главному. Мало того что фотографий — по сей день считающихся важнейшей контент-единицей в соцсетях — на Snapchat нынче ежесуточно заливают столько же, сколько и на всю (!) Facebook. Так ещё и Snapchat вдруг — стратегически — оказалась антиподом классических социальных сетей. Едва ли Шпигель и Мёрфи понимали это, когда писали первую версию своей программы.

Snapchat — это Facebook, Google+ и «ВКонтакте», но с обратным знаком. Там подшивают к личному делу каждый бит, каждое движение мышкой — здесь на персональную информацию щедро не обращают внимания. Там хранят пользовательские досье даже после смерти человека — здесь их не собирают вовсе. Там вас постоянно норовят подставить, продав ваше имя, фотографию, личные сведения левым бизнесам, раскрыв информацию тем, кому знать её не следовало бы, — здесь, возможно, нечего и продавать. Там требуют настоящей фотографии в профиле и желательно настоящего имени, намертво привязываются к телефонному номеру и вот-вот заставят предъявлять паспорт — здесь никому нет дела, какой псевдоним вы изберёте.

Вместе взятое это избавляет пользователя от чувства тревоги при запуске приложения и общении — и ещё больше стимулирует социальную активность. Кто знает, может, такой и должна быть настоящая социальная сеть?

Отчитываясь за последний квартал, Facebook озвучила пугающий факт: её самая младшая аудитория стала бывать в популярнейшей соцсети реже. Между тем именно на молодых возлагаются особые надежды: эта публика растёт с мобильными устройствами в карманах и, когда вырастет, естественно, станет пользоваться ими активней других. Но продолжит ли она пользоваться «Фейсбуком»?

Вот только Цукерберг — как шутит западная пресса — уже слишком стар для подобных игр, для таких резких поворотов. В свои 29 лет он представитель поколения, выросшего с соцсетями и вырастившего их в классическом виде. Тогда как 23-летний CEO Snapchat символизирует популяцию новую, не желающую коллекционировать старый хлам в виде семейных фотографий, живущую быстро, моментом, сейчас. Небезызвестный Джек Ма не стесняется признавать, что не понимает нынешнюю молодёжь (он, правда, и постарше: ему 49). Цукерберг к этому, очевидно, ещё не готов, ещё тешит себя надеждой найти общий язык с молодыми. Но понимания с обратной стороны не встречает: говорят, одним из принципиальных пунктиков на «трёхмиллиардных» переговорах было нежелание основателей Snapchat работать с Марком.

Но чем снэпчатовцы планируют зарабатывать на жизнь? Ведь дохода сейчас у них попросту нет, а кредит доверия венчурных инвесторов рано или поздно будет исчерпан. Раньше они планировали размещать рекламу, которая вроде бы должна здесь усваиваться лучше: поскольку каждое сообщение пользователь видит всего только раз, то и читает внимательней. Отчасти эти надежды ещё актуальны: Snapchat понемногу конструирует рекламный движок (в частности, помогая связывать «снапы» в истории-сериалы), и кое-кто даже пробует здесь рекламироваться (пока бесплатно, естественно). Но есть сведения, что основным источником дохода они видят теперь заработок на сопутствующих цифровых товарах и услугах: игры, виртуальные безделушки. Такой подход хорошо зарекомендовал себя в Азии (Snapchat равняется на WeChat, см. «Кому вредят бесплатные интернет-пейджеры»), но на Западе пока непопулярен.

Наконец, считается, что Snapchat сейчас достаточно хороша, чтобы ничего не потерять, ещё с полгодика подождав более выгодного предложения. В ближайшее время в неё грозятся влить очередные несколько сот миллионов долларов, что поднимет рыночную цену компании до $4 млрд. Инициатива в данном случае исходит от китайской Tencent Holdings (той самой, которой принадлежит WeChat), и эксперты не исключают, что более щедрая Tencent может в перспективе и поглотить американский стартап целиком.

На зависть стареющему Цукербергу.

К оглавлению

Кто сдвигает с рынка классический компьютер? Михаил Ваннах

Опубликовано 14 ноября 2013

Ведущие аналитические фирмы ИТ-мира, обозревая состояние дел на глобальном и локальных рынках, публикуют печальные для отрасли цифры сбыта настольных и наколенных компьютеров в третьем квартале 2013 года. Несмотря на то что в этот период традиционно наблюдалось оживление, связанное с завершением сезона каникул и летних отпусков («Солнце жаркое палит, / В отпуск едет замполит»), начало осени ознаменовалось падением продаж и десктопов, и ноутбуков. Давайте же подробнее посмотрим на то, что происходит на рынке, и попытаемся понять, кто и зачем приходит на смену «классике ИТ».

Начнём с обзора состояния дел на мировом рынке, сделанного Gartner, Inc. Согласно ему, планетарные поставки PC в третьем квартале 2013 года составили 80,3 миллиона устройств, что на 8,6% меньше, чем результат, достигнутый за тот же период минувшего года. Весьма близкие цифры приводит в своём отчёте и International Data Corporation: по сведениям IDC, в масштабах планеты заказчикам было поставлено 81,6 миллиона устройств, а падение составило 7,6%. Ну а во втором квартале, по единодушному мнению обеих фирм, падение рынка РС превысило 10%...

Так менялась доля поставщиков ПК на мировом рынке в третьем квартале 2013 года.

А теперь посмотрим на рынок соседствующей с нами Западной Европы. Здесь уровень падения поставок персональных компьютеров ещё сильнее. По данным Gartner, Inc., объём отгрузок РС потребителям этого региона составил в июле–сентябре 2013 года 11,9 миллиона устройств, что означает недобор до результатов годичной давности в 12,8%. Сокращение затронуло все сегменты европейского рынка «персоналок»: реализация десктопов упала на 9,8%, ноутбуков — на целых 14,5%. Корпоративный рынок умерил свои потребности на 8,3%, а граждане стали покупать персоналок на 17,1% меньше.

А так выглядят позиции поставщиков ПК на рынке Западной Европы.

Ну а как же дело обстоит там, где всего интереснее, — в нашей стране? На этот вопрос ответит исследование IDC Quarterly PC Tracker, выполненное International Data Corporation в третьем квартале. Оно рассказывает: что «За отчётный период в Россию было поставлено около 2,71 млн настольных и портативных ПК. Рынок ПК в целом сократился на 30,7% в штучном выражении и на 23,9% в денежном в сравнении с аналогичным периодом прошлого года». Поразительно интересно: сбыт классических персональных компьютеров в нашей стране сократился вчетверо сильнее, чем в мире, и в 2,4 раза большее, чем в Западной Европе!

Заметно изменился и «пейзаж» поставщиков отрасли: «В пятёрку лидеров российского рынка ПК по итогам квартала вошли следующие компании: Lenovo (19,7% от общего числа поставленных за квартал ПК), Hewlett-Packard (15,5%), ASUS (14,3%), Acer Group (11,4%) и DNS (6,5%)». Обратим внимание: в составе пятёрки появилась отечественная фирма, известная прежде всего сетью магазинов розничной торговли; довольно интересный факт. Поставки настольных ПК сократились почти на 14,8% и составили 907 тыс. штук. Ну а сегмент ноутбуков упал на 36,7% по сравнению с показателями третьего квартала 2012 года: поставлено 1,8 млн единиц.

Примечательно: падение поставок персоналок «в штуках» оказывается сильнее, чем «в деньгах». То есть вымываются более дешёвые устройства. Что самое доступное среди классических персоналок? Нетбук? Так аналитики IDC и говорят о «стремительном» сокращении доли нетбуков… Давайте соотнесём продажи ПК в Западной Европе, с её полумиллиардным населением, и в России. Если пересчитать «на душу населения», то в нашей стране компьютеров реализуется меньше, но где-то на десять процентов. Учитывая, что ВВП у нас на душу населения — $13 236 против $33 131 у ЕС, можно сказать, что наш ИТ-ритейл работает весьма эффективно…

Но — продажи-то падают, и очень сильно! Почему? Для ответа на этот вопрос опять-таки вернёмся к глобальной статистике. Дело в том, что, исходя из данных IDC, аналитики прогнозируют для четвёртого квартала принципиально новое явление — превышение количества проданных планшетных компьютеров над традиционными ПК. Правда, это будет касаться только одного квартала: по итогам 2013 года в целом лидерство всё равно останется за сборной командой десктопов и ноутбуков. Вообще, «интернет людей» уже функционирует преимущественно на мобильных устройствах, а к 2017 году доля планшетов и смартфонов в Сети превысит 87%...

Такими устройствами будет пользоваться «интернет людей» в период с 2013 по 2017 год.

Ну а теперь посмотрим, как обстоят дела с планшетами и смартфонами в России. А вот с ними дела обстоят очень даже хорошо! По данным IDC, в Россию в третьем квартале было поставлено 2,4 миллиона планшетов. Это означает рост на 95,1% в штуках и на 49,8% в деньгах по сравнению с аналогичным прошлогодним периодом. Заметим: в бурно растущем сегменте «таблеток» обозначается принципиально иная «денежная» тенденция, чем на «падающем» рынке «персоналок». Там «среднее» устройства становится дороже, а здесь, наоборот, дешевле…

Очень интенсивно рос в завершившемся квартале и отечественный рынок смартфонов. Их было, по мнению МТС, продано 5,5 миллиона штук, что на 58% больше, чем годом ранее. Рост более значительный, чем в глобальном масштабе, где, согласно данным IDC, он составил 38,8% в годичном исчислении («физических» смартфонов было на планете в третьем квартале продано 258,4 миллиона штук, а всего в 2013 году ожидается реализация более чем миллиарда «умнофонов»). И мировой тенденцией является поставка вполне функциональных аппаратов по бюджетным ценам… 

Мы можем сделать интересный вывод. Получается, что россияне, сокращая закупки классических персональных компьютеров, ведут себя вполне рационально. Рационально — в экономическом смысле этого слова. Доступ в Сеть (для чего сегодня нужен прежде всего компьютер) им обеспечивают более дешёвые классы устройств — смартфоны и планшеты. Их мощностей чаще всего будет достаточно «в быту». Скажем, перед походом в магазин или во время него посмотреть на общий уровень цен на данный товар. Или, скажем, новости почитать, погоду посмотреть…

А ведь денег у нашего соотечественника — обратитесь к цифрам выше — меньше, чем у европейца. Значит — тратятся они рачительнее! Функции доступа к информации и обмена ею решают более дешёвые устройства — планшеты и смартфоны. (Ну, «умнофон» с двухлетней гарантией, экраном 480×800 и вполне пристойным процессором нынче в рознице стоит меньше пяти тысяч рублей.) И то же самое относится к российскому бизнесу. Странно вспомнить: всего 15 лет назад первый служебный GSM-телефон покупался руководителю крупной организации. Потом наличие смартфона с относительно большим экраном было символом статуса…

Ну а сейчас — планшеты и смартфоны являются самым дешёвым и самым массовым инструментом работы с информацией. Наверное, наиболее многочисленный слой трудящихся постиндустриального общества — торговые представители, менеджеры торговых залов… Кстати, вполне общественно полезное занятие. Именно благодаря им мускат в ближайшем супермаркете стоит 60 рублей за килограмм (кисточку выбираешь сам). Ну а на традиционном рынке гость жаждет за него 150 рублей, причём норовит подсунуть гниль с ловкостью, заставляющей позавидовать самого Дэвида Копперфильда.

Так вот, барышня с большим смартфоном — или же с маленьким планшетом, что-то набирающая на нём или даже говорящая в него, — это и есть «пехота» современного бизнеса. Пехота иногда моторизованная (такие мелкие машинки с логотипами на бортах), но всегда мобилизованная, точнее, «подключённая» (connected) мобильной связью. Omnia mea mecum porto, как когда-то Цицерон рассказывал о мудреце Бианте. Ну а теперь концепция ношения всего своего с собой на варварском наречии англосаксов обозначается как BYOD (Bring Your Own Device). Мудрость, которую некогда подразумевал подо всем Биант, сосредоточивается в смартфоне.

И это весьма полезно для бизнеса. Сотрудник может работать всё положенное время, где бы он ни находился. Ему в этом поможет смартфон или небольшой планшет: устройств с диагональю экрана до семи дюймов включительно, удобных для ношения с собой, продавалось в 2013 году 57%. Они вполне пригодны для работы с почтой, оформления заказов, заполнения стандартных форм. Массовое и дешёвое устройство… Ну а десктопы и ноутбуки, на которых более квалифицированные сотрудники работают в офисе или в командировке, естественно, станут более мощными. Что мы и видели по росту их цен!

И такой ход дел предсказывался. Самой главной стратегической информационной технологией аналитики Gartner полагали разнообразие мобильных устройств («Стратегическая десятка образца 2014-го»). Ну а на второе место ставили потребность в приложениях для мобильных устройств, позволяющих полноценно использовать их потенциал и на работе, и дома. Как видим, сухая статистика российского рынка подтверждает правильность ранее сделанных прогнозов. Классические ПК сдвигают с рынка их мобильные родственники!

К оглавлению

Промзона

Starbucks открывает первую в мире кофейню в поезде Николай Маслухин

Опубликовано 15 ноября 2013

Одна из самых широких сетей кофеен Starbucks объявила о своем намерении открыть первый в мире кофешоп на железной дороге в Швейцарии. Новая кофейня с узнаваемым логотипом сирены на бортах займет специальный двухъярусный вагон и начнёт работу уже в конце ноября.

В пресс-релизе сообщается, что это уникальный опыт для компании. Во-первых, это самая маленькая кофейня сети, во-вторых, её интерьер пришлось разрабатывать с учётом постоянного движения поезда, ограниченного пространства и строгих правил безопасности. На первом ярусе кофейни расположатся традиционная барная стойка с витриной и столики в два ряда, на втором – более элегантная лаунж-зона. Всего кафе рассчитано на 50 пассажиров-посетителей.

Первый этаж
Второй этаж

Первый поезд со Starbucks-вагоном пойдет 21 ноября 2013 года из Женевы в Санкт-Галлен. Время в пути составляет около 6 часов. За это время человек еще не успеет настолько сильно проголодаться, чтобы искать полноценный вагон-ресторан, зато может с комфортом убить время за книгой и чашкой кофе.

К оглавлению

Лазерная разлиновка для письма на чистой бумаге Николай Маслухин

Опубликовано 14 ноября 2013

Письмо от руки уходит в прошлое, однако даже самому современному человеку все еще приходится писать на бумаге: в присутственных местах, например, или личные заявления на работе. В конце концов, есть еще люди, которые пишут обычные бумажные письма. Для тех, кому требуется писать от руки на чистой, не линованной бумаге, группа дизайнеров из Южной Кореи разработала концепт Laser Cap, который начертит линии на бумаге лазером.

Включив устройство, пользователь получает проекцию четких лучей на бумагу, при этом расстояние между строк регулируется переключателем, а поля для отступа можно скорректировать путем перемещения самого Laser Cap. Во время неиспользования, Laser Cap служит обычным колпачком для ручки.

Как это обычно бывает с такого рода устройствами, Laser Cap является пока еще концептом, но уже отмеченным наградой Red dot design award 2013. Так что у него неплохие шансы на появление.

К оглавлению

Самостабилизирующаяся ложка для людей с тремором рук Николай Маслухин

Опубликовано 13 ноября 2013

Множество людей страдает различными заболеваниями, вызывающими тремор рук — крайне неприятный симптом дрожания, из-за которого простейшие манипуляции становятся настоящим испытанием. Например, человеку предельно трудно есть приборами. Инженеры из компании Lift Labs, Сан-Франциско, создали самостабилизирующуюся ложку LiftWare, которая значительно облегчает процесс приема пищи для таких людей.

LiftWare устроена по образу и подобию стабилизаторов в фото и видеотехнике. В рукоятку ложки встроены сенсоры, отлавливающие колебания человеческой руки, а также микроконтроллер и миниатюрные моторы, которые компенсируют до 70% колебаний. Вся система работает на аккумуляторной батарее.

Черпак у LiftWare съёмный. Во-первых, так ложку проще мыть, а во-вторых — складывать, чтобы брать с собой. Для этого LiftWare продаётся в комплекте с чехлом. Кроме того, создатели устройства предполагают, что в дальнейшем они будут разрабатывать и выпускать целую серию универсальных насадок, ведь проблема со столовыми приборами не единственная, с которой ежедневно сталкиваются люди, страдающие тремором. Так, в ближайшем будущем ожидаются такие насадки, как вилка, зубная щётка и ключи от квартиры.

Под свой проект авторы LiftWare уже нашли инвесторов и получили $1,8 млн. А ложку можно приобрести уже сейчас на сайте производителя по цене в $295.

К оглавлению

Деловой бронекостюм за 20 тысяч долларов защитит от выстрелов и ударов ножом Николай Маслухин

Опубликовано 12 ноября 2013

Известный канадский производитель одежды Garrison Bespoke представил миру свою новую разработку — линейку мужских костюмов, которые отлично защищают пользователя от пуль и ударов холодным оружием. Это действительно новое слово в безопасности гражданского населения, ведь бронекостюмы выглядят куда элегантнее привычных бронежилетов, в них намного удобнее и их сложно заподозрить в «пуленепробиваемых» свойствах.

Как водится, технология пришла из мира военных: впервые ее опробовал спецназ США в военных действиях в Ираке. Однако в Garrison Bespoke уверены, что лёгкие, гибкие и надёжные пуленепробиваемые костюмы будут пользоваться огромным спросом и у лиц, далёких от армии. Например, политиков или бизнесменов, которые тоже довольно часто посещают горячие точки и вынуждены носить бронежилеты под рубашкой.

Текстура материала на основе углеродных нанотрубок, применяемого в костюмах, прочнее, легче и гибче привычного кевлара. Костюм способен остановить пулю до 45-го калибра и удары колюще-режущим оружием. Во время тестирования костюма модельер сам надел его и попросил своих сотрудников по очереди бить его охотничьим ножом.

Стоимость бронекостюма Garrison Bespoke составит почти $20 тыс. Согласитесь, что это не так уж и много для той аудитории, на которую он рассчитан.

К оглавлению

Этот будильник разбудит хозяина суровой и бодрящей информацией Николай Маслухин

Опубликовано 11 ноября 2013

Американские дизайнеры Алексис Бедорет, Раян Гури и Тод Сьюзмен считают, что современный будильник должен быть интерактивным и личностно ориентированным. В результате совместной работы они создали концепт будильника Alarmclock, который не просто будит человека сигналом, а прежде всего пробуждает в нём мотивацию и амбиции, сообщая важную информацию.

По мнению авторов, наиболее сильные, отрезвляющие от сна мотивы лежат в трёх плоскостях: финансовая нестабильность, социальная незащищённость и страх смерти. Эти три столпа суровых жизненных реалий поднимут человека быстрее холодного душа. ALARMclock сопутствует специальное приложение для компьютера, планшета или смартфона, при помощи которого пользователь самостоятельно может выбирать те сообщения, которые он будет слышать по утрам: это могут быть остаток счёта в банке, число друзей в социальной сети или ожидаемое количество оставшихся дней жизни, которые приложение рассчитает с учётом таких факторов, как возраст, общее состояние здоровья, образ жизни и семейный анамнез.

ALARMclock работает на базе компьютера Raspberry Pi, оснащён небольшим LED-дисплеем и взаимодействует с другими гаджетами при помощи Wi-Fi. В настоящее время дизайнеры собирают деньги на запуск производства своих часов на платформе социальных инвестиций Kickstarter. Запрошенная сумма в $7 тыс. была собрана в первые же дни и в настоящий момент превышена почти в три раза. Стоимость комплекта часов в предзаказе составит $130.

К оглавлению

Технологии

9 специализированных поисковиков, которые по-своему лучше Google Олег Нечай

Опубликовано 15 ноября 2013

Google — это самая крупная и самая популярная в мире поисковая система. Ежедневно на сайтах Google, доступных примерно на 200 языках, регистрируется более 50 миллионов поисковых запросов, при этом, под данным Alexa, основной сайт Google.com является самым популярным ресурсом интернета. Однако, несмотря на всемирное признание и несомненный успех, Google далеко не так хороша в качестве поисковой системы, как может показаться. 

Всё дело в универсальности: невозможно одинаково хорошо искать в блогах и в научных статьях, в цифровых изображениях и кулинарных рецептах. Именно поэтому существует множество не столь известных специализированных поисковых систем, которые работают исключительно с какой-то одной категорией данных, но делают это на высочайшем уровне. Более того, многое из находимого такими поисковиками вообще невозможно отыскать при помощи Google и других универсальных систем: они просто не видят такую информацию, которая к тому же нередко умышленно закрыта для подобных «веб-пауков». Поговорим о нескольких таких «узких профессионалах», способных, возможно, открыть для вас ту сторону интернета, о которой вы и не подозревали.

1. Поиск среди удалённых из Google и заблокированных страниц

Не для кого не секрет, что правительства многих стран пытаются повлиять на то, какой сетевой контент доступен на территории их государств. Это может объясняться как чисто политическими соображениями, так и требованиями законодательства о противодействии терроризму и детской порнографии и, конечно же, влиянием лоббистов крупных правообладателей. Критерии запретов могут быть как вполне разумными, так и совершенно произвольными: всё зависит и от общего состояния правосознания в стране, и от вменяемости самих правоохранителей.

Поисковая система Google в большинстве случаев идёт навстречу мотивированным требованиям национальных правительств и удаляет из результатов поисковой выдачи сайты и страницы, доступ к которым через локализованные версии поисковика должен быть запрещён. Между тем удаление адреса из результатов поиска Google и даже блокировка URL и IP-адреса на уровне местного провайдера вовсе не означает, что такой ресурс исчез из интернета или больше недоступен.

Классическое средство обхода подобных ограничений — браузер Tor, основанный на системе альтернативной обычной «луковой» маршрутизации. Один из новейших пакетов, включающих в себя клиент Tor (Vidalia) и браузер Firefox Portable c расширением foxyproxy, носит вполне «говорящее» название PirateBrowser. 

От других подобных пакетов он отличается тем, что не предназначен для полностью анонимного сёрфинга: PirateBrowser использует сеть Tor исключительно для обхода местных блокировок тех или иных страниц и сайтов, подставляя произвольные IP-адреса вместо настоящих. С его помощью вы можете зайти на заблокированную страницу, если уже знаете её адрес, либо поискать её, например, через основной сайт Google.com или какие-то другие его локальные версии.

В PirateBrowser уже встроены настройки для некоторых стран, включая Иран, Северную Корею, а также (сюрприз!) Великобританию, Нидерланды, Бельгию, Финляндию, Данию, Италию и Ирландию. Разумеется, ничто не мешает внести в систему и собственные настройки. К сожалению, в отличие от «полноценного» Tor, PirateBrowser доступен только в версии для Windows.

2. Поиск среди несуществующих версий страниц

Многие из нас пользовались кешем Google или «Яндекса», чтобы посмотреть недавно изменённую или удалённую страницу в том виде, в каком она была изначально опубликована в Сети. Обычно такой кеш доступен в поисковой выдаче довольно короткое время, ведь поисковый робот настроен на отслеживание и учёт всех изменений, чтобы выдавать наиболее актуальную версию интернет-ресурса.

Поэтому, если вы хотите знать, как выглядел тот или иной сайт месяц, год, а тем более несколько лет назад, вам придётся воспользоваться другим средством, а именно веб-сервисом «что-тоАрхива Интернета», который носит название Wayback Machine, то есть вроде «Машины времени». Некоммерческая организация «Архив Интернета» с 1997 года собирает копии веб-страниц, мультимедийный контент и программное обеспечение, размещаемое в Сети, и делает эти копии доступными бесплатно для всех желающих. При помощи Wayback Machine вы сможете найти не только версию знакомого вам сайта многолетней давности, но и даже те страницы, которых давно не существуют и которые попросту удалены из «обычного» интернета. На сегодня в архиве присутствует около 366 миллиардов страниц, и очень велика вероятность того, что среди них окажется та, что нужна именно вам.

Вот, например, как портал «Компьютерры» выглядел для посетителей 18 августа 2000 года — более тринадцати лет назад, когда интернет был медленным, а 14-дюймовые ЭЛТ-мониторы занимали половину стола. 

3. Поиск изображений

Самый распространённый способ найти какую-то картинку — это, конечно же, воспользоваться Google Images. А как быть, если вы всё-таки не смогли найти подходящее изображение привычными средствами? Можно, к примеру, попробовать специализированный сервис Picsearch, в котором, как утверждают его создатели, проиндексировано больше трёх миллиардов цифровых картинок.

У Picsearch есть не только многоязычный пользовательский интерфейс, но и полноценный многоязычный поиск, а также несколько полезных фильтров, включая поиск только чёрно-белых или цветных изображений, картинок с преобладанием какого-то конкретного цвета, поиск «обоев» для рабочего стола, а также лиц или анимированных изображений. 

Гораздо меньшим объёмом заявленной проиндексированной базы может похвастаться поисковая система Everystockphoto: она содержит более 20 миллионов изображений, хранящихся на онлайновых фотосайтах, включая Flickr, Fotolia и Wikimedia Commons. Тем не менее результаты её работы весьма впечатляют. Большинство из найденных снимков можно использовать бесплатно, но с условием указания имени фотографа или правообладателя. 

4. Вычислительно-поисковая система

Как известно, поисковая система Google умеет проводить несложные вычисления, конвертировать из одних единиц в другие и делать некоторые другие полезные вещи, не связанные непосредственно с поиском. Однако если вам нужны ответы на действительно сложные вопросы в области математики, физики, медицины, статистики, истории, лингвистики и других областей науки, то вам не обойтись без «вычислительно-поисковой системы» WolframAlpha, способной предложить пользователю чуть ли не энциклопедические ответы на самые необычные вопросы.

Фактически это даже не совсем поисковая система, а огромная база данных, часть которой преобразована в вычислительные алгоритмы, что и позволяет получать готовые сведения о том, сколько граммов протеина содержится в десятке конфеток M&M’s, какова ожидаемая средняя продолжительность жизни в США, Швеции и Японии в текущем году или как решается алгебраическое уравнение.

Вместо того чтобы долго описывать функциональность WolframAlpha, предлагаем зайти на страницу примеров, где содержатся рассортированные по областям знания образцы того, на вопросы какого рода может дать ответ эта система и как будут выглядеть результаты выдачи.

К сожалению, WolframAlpha работает только с английским языком, и для её использования потребуется его довольно уверенное знание. Кроме того, не стоит слепо доверять тем результатам, которые рассчитывает система по вашим запросам, поскольку малейшая ошибка в базе данных приводит к полной недостоверности выдачи, и такое периодически случается (достаточно поискать в Сети).

5. Поиск людей

Казалось бы, найти человека в интернете, зная его имя и фамилию, проще простого. Да, если это какая-то знаменитость, кинозвезда, спортсмен или постоянный пользователь социальных сетей. Тогда первая же страница результатов поиска Google даст вам практически исчерпывающую информацию о том, кто это такой и чем занимался в последнее время. Если же тот, кого вы ищете, не жаждет широкой популярности и не увлекается сетевым эксгибиционизмом, найти информацию о нём в интернете будет не так просто.

В этом случае можно попробовать поисковую систему Pipl, которая осуществляет поиск людей в целом ряде публичных реестров, онлайновых баз данных, служб и всё-таки в социальных сетях, в том числе и профессиональных. В отличие от большинства подобных сервисов, Pipl работает и с кириллицей, так что он вполне работоспособен и с русскоязычными фамилиями.

Отечественный сервис SpravkaRU.NET поможет обнаружить адрес и домашний телефон жителя России, Украины, Беларуси, Казахстана, Латвии и Молдовы. Этот сайт представляет собой электронный телефонный справочник некоторых крупных городов перечисленных стран, но, увы, далеко не полный. Больше шансов найти жителей Москвы или Санкт-Петербурга, причём только тех, на кого оформлен домашний номер. В отличие от альтернативных сервисов, SpravkaRU.NET содержит вполне актуальные базы, и если вы располагаете хотя бы некоторой информацией о родственниках или примерном месте проживания разыскиваемого, то он способен помочь вам установить его телефон и адрес.

6. Поиск научной информации

Если вы занимаетесь наукой и хотите найти свежие научные публикации по вашей теме в Google, то вам нужно срочно забыть об открытиях и заняться чем-то менее интеллектуальным. В Google вы сможете обнаружить лишь ссылки на отдельные работы, опубликованные на каких-то общедоступных сайтах вроде Википедии. В действительности практически все научные статьи хранятся на веб-серверах, относящихся к категории так называемого глубокого Веба, который по различным причинам недоступен для универсальных поисковых систем. 

Всё дело в принудительном запрете на индексацию каких-либо данных, которые хотя и не относятся к секретным, но составляют некую служебную информацию или не представляют интереса для широкой публики. Это и библиотечные каталоги, и медицинские или транспортные базы данных, и каталоги всевозможной промышленной продукции. «Пауки» не могут обойти систему обязательной регистрации или ограничения доступа, поэтому в результатах выдачи Google вы редко увидите научные материалы, попросту непонятные людям, которые не занимаются аналогичными исследованиями.

Приоткрыть дверь в научный «глубокий веб» способен специализированный поисковик CompletePlanet, имеющий доступ более чем к 70 000 научных баз данных и узконаправленных поисковых систем.

Ещё один превосходный научный поисковик Scirus, к сожалению, доживает последние недели: в начале 2014 года он прекратит своё существование, и постоянным пользователям предлагается за оставшееся время найти альтернативу (какую — увы, непонятно). Пока же Scirus имеет доступ ко множеству архивов научных статей и позволяет искать сведения по 575 миллионам проблем, включая публикации в узкоспециализированных и научно-популярных журналах, тексты патентов и сведения цифровых архивов.

* * *

Существование специализированных поисковых систем нисколько не отменяет достоинств тех же Google, «Яндекса» и других универсальных поисковиков: обойтись без них мы всё равно не сможем. Но настоящий профессионал не использует молоток там, где нужна отвёртка или нож, где уместен скальпель. Специальные системы позволяют осуществлять более тонкий поиск и поэтому способны давать более точные и достоверные ответы. Возьмём, к примеру, самый популярный тип спецпоисковиков — торгово-поисковые системы вроде «Яндекс.Маркета» и Price.Ru. Да, те же самые товары мы можем найти и в универсальном «Яндексе» или Google, но здесь мы сразу получаем структурированную и систематизированную информацию о наличии и цене товара, продавцах и их местонахождении, способах оплаты и доставки. Мы не просто экономим время: в нашем распоряжении появляются более точные и полные данные, которые можно сортировать в определённом порядке и сравнивать друг с другом. Этот простой пример — наглядное свидетельство того, насколько ценны специализированные поисковики и почему в целом ряде случаев они намного лучше Google.

К оглавлению

Как бы история успеха: за что ФБР разыскивает хакера Карлоса Мелару? Евгений Золотов

Опубликовано 14 ноября 2013

Список «Most wanted» Федерального бюро расследований США — всё равно что доска почёта: если ты там оказался — значит, определённо кому-то насолил, и насолил сильно. Это почти как стать героем шпионского боевика, только не понарошку, конечно. Похитители детей соседствуют здесь с убийцами, насильники — с рэкетирами, наркоторговцы с грабителями. Есть там и раздел киберзлодеев, в котором из десяти фигурантов аж пятеро — уроженцы РФ или территорий бывшего СССР: вымогатели, мошенники, воры.

На днях, однако, в эту тёплую компанию затесался человек, которому делать там как будто бы нечего. Он не грабил, не убивал, не брал чужого. С фотографии на нас смотрит спокойный, неглупый, не лишённый обаяния юноша. Это сальвадорец Карлос Энрике Перес-Мелара; сейчас ему 33 года, и чести быть включённым в список самых разыскиваемых преступников он удостоился за то, что занимался любимым делом. А именно — написал и имел наглость продавать компьютерную программу. Естественно, необычную: предназначалась она для выведения на чистую воду неверных супругов. Loverspy.

По принципу действия Loverspy похожа на троян (а с точки зрения антивирусных вендоров им и является). Она проникает на компьютер жертвы, маскируясь под виртуальную открытку, и начинает контролировать клавиатуру, браузер, электронную почту, пароли; с её помощью можно включать веб-камеру, удалять и править файлы — короче говоря, делать всё то, что обычно позволяют средства дистанционного администрирования. Собранная информация периодически отправляется хозяину, то есть человеку, который и «натравил» программу. А это, предположительно, любящий супруг или друг сердца, заподозривший неладное и решивший проверить, не ведёт ли партнёр двойную игру, не ходит ли «налево».

Мир узнал о Loverspy летом 2003-го, и всего за несколько месяцев (если верить ФБР) она была применена для скрытой слежки за сотнями, если не тысячами ничего не подозревающих обывателей и обывательниц. Поскольку жертвами чаще всего оказывались простые люди, а трояны, распространяющиеся по почте, тогда ещё были новинкой, эффективность программы оказалась весьма высокой: каждая вторая атака оканчивалась заражением. Громкий успех привлёк внимание полиции, и уже осенью к Карлосу нагрянули с обыском. Увы, чтение чужой переписки en masse дозволено АНБ и ФБР, но те же действия для частного лица расценили как незаконные. Так в истории востребованного проекта была поставлена точка. 

Но для Карлоса всё только начиналось. В Штаты он приехал по туристической визе, а к моменту визита полиции успел поступить в колледж и получить студенческую. Однако к 2005 году, когда ему и четырём покупателям его программного продукта (Loverspy, естественно, была небесплатной: 89 долларов за лицензию на пять машин) предъявили обвинение, наш герой предпочёл «сделать ноги». Обвинения включали в себя незаконное производство, распространение, эксплуатацию и рекламу тайного подслушивающего устройства, а также помощь в эксплуатации и проникновение на чужой компьютер с целью получения выгоды.

Покупатели, которых удалось привлечь к ответственности, в конце концов отделались штрафами и условными сроками. Карлосу, понятное дело, такая щедрость не грозила: совокупная тяжесть проступков, в которых его подозревали, тянула на 175 лет тюрьмы и многомиллионный штраф. Так что он, очевидно, решил распрощаться с «родиной демократии» и вернулся на родину историческую, в Сальвадор, где, говорят, его и видели последний раз. Восемь лет он водил ФБР за нос (воистину, талантливый человек талантлив во всём!) и удостоился чести быть включённым в список «Most wanted». За одну только информацию, ведущую к его аресту, ФБР теперь готова выплатить $50 тысяч.

Сам Карлос успел заработать, с одной стороны, прилично (учитывая, что бизнес просуществовал лишь несколько месяцев), а с другой — совсем не много: десятки тысяч долларов, опять же если верить федералам. Укради он такую сумму «живьём», ему светила бы в лучшем случае провинциальная каталажка, а не почётное звание самого разыскиваемого преступника ФБР. Но есть в истории Карлоса и другие детали, заставляющие ему сочувствовать, а не жаждать возмездия.

Прежде всего ему определённо не повезло с моментом. Начало «нулевых» было временем бурным и интересным, но сравнительно примитивным для технологий анонимности. Начинай Карлос сегодня, он, конечно, смог бы избежать раскрытия своей личности и личностей клиентов (которых он пытался защитить, выступая посредником при пересылке собранной информации с компьютера жертвы): подпространство TOR и биткойны легко позволили бы выстроить абсолютно анонимный бизнес.

Но лучше того, случись это сегодня, он почти наверняка вообще построил бы бизнес абсолютно легальный! И наша история была бы не рассказом о беглом бандите, а историей успеха талантливого программера, продавшего перспективный веб-сервис какому-нибудь гиганту, вложившемуся в новый проект и так далее. Дело в том, что spyware — то есть софт для слежки за пользователем, к которому причисляют и Loverspy, — как класс зародился в 90-е, но оскалил зубы только с наступлением нулевых. И время было натурально дикое: никто не знал ещё, что хорошо, а что плохо, никто не понимал, где проходит та черта, переступить которую значило нарушить закон. Свидетельством сему замечательный факт: одно из первых массовых spyware-решений скрывалось под видом обучающего продукта для детей, произведённого законодателем мод в области детских игрушек Mattel.

Точно так и Карлос вполне мог не понимать, что нарушает закон, когда публиковал свою программу. Не понимали этого и СМИ, бросившиеся восторженно описывать Loverspy — и потерявшие интерес, как только он проснулся у полиции.

Год 2013. Обычная реклама мультиплатформенного spyware-продукта. Обратите внимание на список «медиапартнёров».

К настоящему моменту правовая неразбериха более или менее утряслась, и нарисовалась удивительная картинка. Спайварь может быть совершенно легальной, если только при пользовании программой выполняется условие: компьютер (и вообще устройство, на которое инсталлируется spyware-продукт) должен принадлежать человеку, который spyware инсталлирует. Чем и пользуются авторы бесчисленного множества компьютерных и мобильных приложений из разряда слежения за детьми (почему-тоparental control) и вообще дистанционного мониторинга. Правда, в тех же Штатах, Европе и наверняка в России всё ещё можно отправиться за решётку за «прослушку» гражданина без его согласия, но это обстоятельство продажам не мешает.

Хочется верить, что и Карлос не зарыл свой талант в землю — и, пусть под другим именем, делает какой-нибудь большой и полезный программный продукт. Кто-нибудь знает, каков в США срок давности за компьютерные преступления?

В статье использована иллюстрация Ed Yourdon.

К оглавлению

Универмаги и интернет-магазины в США теперь неразличимы Михаил Ваннах

Опубликовано 13 ноября 2013

Наверное, все читатели «Компьютерры» могли ощутить удобства и дешевизну электронной торговли. Но вот сейчас в Соединённых Штатах — стране, лидирующей в области e-Commerce, — стали выходить в свет аналитические отчёты, утверждающие, что расцвет интернет-торговли был всего лишь недолговечным этапом в экономической истории. Нет, не из-за того, что она оказалась неэффективной, и не из-за того, что её «душит» лобби обычных коммерсантов. Просто традиционные торговые фирмы ныне не менее интенсивно внедряют у себя ИТ-технологии, размывая грань между сетевыми и офлайновыми продажами.

Скорее всего, каждый, кто бывал в Нью-Йорке, посещал одиннадцатиэтажный универмаг Macy’s на 34-й улице острова Манхэттен, две сотни тысяч квадратных метров которого не менее популярны, чем статуя Свободы. Храм потребительства… Но ведь этот дворец коммерции был всю свою историю, с середины позапрошлого века, неразрывно связан с высокими технологиями той, индустриальной эпохи! Витрины появились благодаря машинному производству листового стекла. Основатель фирмы Роуленд Мейси сам колдовал над набором рекламы, стараясь, чтобы текст объявлений складывался в его фирменную «звезду».

Некоторое время назад любили говорить о «социальной инженерии» и «мягкой силе», связывая их с постиндустриальной эпохой. Но — нет ничего нового под Луной. Посмотрим на любимого американского персонажа Санта-Клауса и на популярный праздник — День благодарения. На первый взгляд, Санта-Клаус связан с религией, а Thanksgiving Day — с историей… Да ничего подобного! У суровых пуритан Новой Англии даже празднование Рождества считалось языческим, и за него можно было угодить если не на костёр, то под изгнание из колонии… И то же — с Днём благодарения. 

Звезда, привезённая Троцким для «отряда флотских», явно от Macy’s.

А когда же они появились? Санта-Клауса ввели в обиход после Гражданской войны — заимствовав у германских эмигрантов вместе с ёлкой — владельцы первых универсальных магазинов, формировавшие массовый рынок рождественских подарков. Ну а День благодарения с его батальонами бравых Санта-Клаусов получил твёрдую дату — четвёртый четверг ноября — уже позже появления Macy's Thanksgiving Day Parade. А сам Парад Macy's был выдуман в «ревущие двадцатые» как одна из форм продвижения своей марки…

И срабатывало это успешно, всю полуторавековую историю. Доход в 2013 году составил $9,35 млрд. И свою прибыль сеть универсальных магазинов получала, поставляя людям промышленную продукцию. Роль очень важная в истории и индустриального, и информационного общества. Все помнят, сколь важным оказался приход компьютеров в дома людей! Но ведь и раньше, в промышленную эпоху, оказывалось, что людям доступны товары, о которых они и помыслить раньше не могли. Скажем, качественная одежда и обувь фабричного производства… 

Macy’s имел девиз «Товары для миллионеров по ценам, доступным миллионам». Такие возможности предоставляло массовое машинное производство, нуждавшееся для своего существования в массовом потребительском рынке, который и формировали крупные универсальные торговые сети и большие универмаги. Бывшие одновременно и продуктом промышленной эпохи, и одним из творцов её. Ну и понятно, что и в информационную эпоху фирмы с такой историей не преминут подхватить своими парусами технологические ветры…

Такой картинкой в 2013 году открывался отчёт Macy’s.

Итак, в нынешнем годичном отчёте Macy’s этот честной купец предстаёт уже как «организация, реализующая товары по всем каналам, использующая магазины и веб-сайты». То есть электронная торговля ныне рассматривается не как конкурент торговле традиционной, а как одна из форм реализации товаров, используемая внутри одной сети. Девушки с планшетом и смартфоном позируют на иллюстрациях к отчёту 2013 года, на фоне традиционной «магазинной» выкладки товаров. Macy’s умело объединяет любовь янки к шопинговым прогулкам с информационными технологиями.

Знаете, наверное, о такой форме шопинга: идёшь по отечественным бутикам, где цены в три–четыре раза выше европейских, выбираешь понравившуюся вещь, меряешь, потом… А потом совсем не то, на что надеются сонные девицы у кассы и их сидящий дома и думающий большую экономическую мысль хозяин! Фотографируешь коды с этикетки смартфоном, распознаешь их и заказываешь товар в интернет-магазине… Но — надо ждать. Меняешь время на деньги. А вот те американские сети, которые позиционируют себя как omnichannel, объединяют достоинства обоих подходов на базе использования информационных технологий.

Так растёт оборот онлайновой торговли в США.

Конечно, делать это их заставляет не просто любовь к высоким технологиям или же бескорыстное желание обеспечить максимальный комфорт покупателю. Причина банальна — конкуренция! Вот, скажем, ещё одна розничная сеть, крупнейший ритейлер бытовой электроники в США и Канаде Best Buy. Опросив своих покупателей, там обнаружили, что 80% из них, прежде чем зайти в магазин, внимательно ознакомились в интернете с уровнем цен. Ну а каждый третий посетитель делает это, непосредственно находясь у прилавков… И так теперь будет всегда: джинн технологий уже выпущен из бутылки!

Одновременно традиционные, офлайновые ритейлеры, обнаружили, что они катастрофически отстают во внедрении технологических новинок. Причина очень проста: коммерсанты, по оценкам дублинской консалтинговой компании Accenture, инвестировали в это лишь 2% своих доходов, то есть в два–три раза меньше, чем фирмы других отраслей. А за что платишь, то и получаешь… В результате Amazon.com может обеспечить себе онлайновые продажи в $60 млрд, в шесть раз больше, чем лидирующий в обычном мире Walmart, тоже не чуждый ИТ и даже «больших данных». 

Так что офлайновым купцам пришлось интенсивно ликвидировать отставание в сетевой сфере — ну прямо как когда-то США гнались за СССР в космической гонке. Macy’s когда то первым ввёл размещение готового платья на вешалках в порядке возрастания размеров, облегчая покупателям подбор обновок. Решение в стиле индустриального общества… А теперь в магазинах используются и сетевая навигация, и сетевая реклама. Популярнейший Джастин Бибер в телерекламе уговаривает потенциальных потребителей скачать и установить в смартфоны и планшеты приложения, упрощающие работу с магазинными сетями.

Считал QR-код на паре туфель — можешь получить исчерпывающую информацию о товаре, о различных скидках и акциях. Прошёл шесть раз мимо отдела с парфюмерией — тебе на гаджет приходит купон со скидкой. В принципе — ничего нового. До появления универсальных магазинов с их стандартными ценами (что было когда-то важнейшим изобретением!) хозяин и доверенный приказчик так и работали: могли предложить скидку колеблющемуся покупателю, зазывали зазевавшегося прохожего в лавку… Но такие технологии торговли были мало контролируемы, слишком медленны и затратны для наступавшей промышленной эры. А теперь это делают быстрые и дешёвые и честные — не скажет боссу, что дал скидку, положив её в карман, — «роботы»!

Сектор онлайновой торговли в США.

Мы не зря сказали выше про паруса: был в эпоху парусного флота такой обычай у капитанов — «отнять ветер» у противника, если это королевский фрегат, или у конкурента, если это чайный клипер. Вот нынешняя офлайновая торговля и кидает на преодоление отставания в темпах роста от торговли онлайновой свои гигантские ресурсы. Прямо как США 1960-х на программу Apollo… Ведь преимущества масштаба на их стороне: в Америке реализуется через Сеть только 5,2% товаров (если вычесть продукты и автомобили с горючим, то цифра возрастёт до 13,1%).

А масштаб — это ведь специальные, самые низкие, цены у производителей. Это — возможность одновременно организовать самую эффективную транспортную логистику, таская 40-футовые контейнеры, и мгновенно в традиционных магазинах или очень быстро при использовании служб доставки поставлять покупателю товар, используя развитую сеть промежуточных складов разных уровней. Это — возможность концентрировать финансовые ресурсы… Но все это принесёт эффект только при внедрении тех самых информационных технологий, которые позволили онлайн-рознице расти опережающими темпами.

И теперь мы сталкиваемся с качественно новой ситуацией. Происходит размывание разницы между торговлей и интернет-торговлей. Даже у нас в России «старые» сети обзавелись интернет-магазинами, а у интернет-магазинов завелись «аутпосты», пунктики выдачи товаров, исключающие общение с нежно любимой Почтой России. И функционирование всего этого происходит прежде всего в киберпространстве, где работают и логистика, и финансы обычной торговли, и завязано на передовые информационные технологии. Ну а была фирма в начале магазином или интернет-лавкой, ныне имеет значение такое же, как имя основателя. То бишь чисто историческое… 

К оглавлению

Облачные вычисления как альтернатива суперкомпьютерам Андрей Васильков

Опубликовано 13 ноября 2013

Компания Cycle Computing, предоставляющая технические решения для высокопроизводительных вычислений, установила новый рекорд. Пиковая мощность объединённого кластера на базе восьми географически удалённых дата-центров Amazon под управлением CycleServer в течение восемнадцати часов превышала 1,21 Пфлопс, а на каждую виртуальную машину приходилось в среднем по 9,3 процессорного ядра.

Казалось бы, по производительности такой кластер мог бы соперничать с японским суперкомпьютером Helios, занимающим сегодня двадцатую строчку рейтинга Топ-500. Однако исполнительный директор Cycle Computing Джейсон Стоув (Jason Stowe) поясняет, что пока речь идёт о преодолении петафлопсного барьера только в рамках теоретической общей производительности всех ЦОДов Amazon. 

Чтобы продемонстрировать свыше квадриллиона операций в секунду на специализированных тестовых программах вроде Linpack, требуется большая скорость передачи данных и физически близкие друг к другу вычислительные узлы.

Рекорд Cycle Computing, зарегистрированный на управляющем сервере (изображение: Cycle Computing).

Впрочем, назначение кластера состоит не в предоставлении всей доступной мощности для одной задачи, а в одновременном обеспечении высокой производительности тысяч отдельных виртуальных машин, между которыми не требуется наличия скоростных соединений:

«Это другая категория проблем из параллельного направления высокопроизводительных вычислений. Вероятно, [для оценки кластеров]следует создать свои тесты, имитирующие решение задач из области Big Data — генетики, бизнес-аналитики и других сфер».

По классической методике оценки основной кластер Amazon EC2 занимает «всего лишь» 127-е место в последней редакции списка пятисот самых быстрых суперкомпьютеров мира. Он состоит из 2 128 восьмиядерных процессоров Xeon и демонстрирует в Linpack 240 Тфлопс.

Даже с таким результатом для большинства компаний и научных учреждений сервисы облачных вычислений, подобные Amazon Elastic Compute Cloud, сегодня выглядят привлекательнее, чем использование суперкомпьютера любой классической архитектуры.

Получить возможность загрузить одну из таких машин своими вычислительными задачами крайне сложно. Надо обосновать их важность и дождаться своей очереди (в среднем около шести месяцев). Затем требуется переписать свой код вместе с программистами обслуживающего суперкомпьютер института и полностью оплатить все рабочие дни, независимо от реального объёма вычислений. Облачные платформы доступны сразу, легко масштабируются и обходятся значительно дешевле. 

Профессор химии Марк Томпсон (Mark Thompson) комментирует изданию ArsTechnica свои научные потребности в высокопроизводительных вычислениях (его исследовательская группа разрабатывает новые покрытия для солнечных батарей, чтобы сделать альтернативную энергетику более эффективной):

«Для каждого из возможных веществ только этапы синтеза, очистки и первичного анализа свойств потребовали бы около года работы аспирантов. Затраты на оборудование и реактивы исчислялись бы сотнями тысяч долларов».

Компьютерное моделирование свойств молекул различных соединений сокращает время и сумму расходов на порядки, отсеивая менее подходящие вещества на раннем этапе без необходимости физической работы с ними.

Группа Томпсона использовала программный пакет Schrödinger и платформу облачных вычислений. Определение свойств двухсот пятидесяти тысяч потенциальных кандидатов на роль нового покрытия солнечных панелей заняло неделю и обошлось в $33 тыс. Эта же работа потребовала бы 2,3 млн часов при традиционном подходе — то есть была бы попросту невозможна.

К оглавлению

Элон Маск и воздушный океан: даёшь электросамолёты! Евгений Золотов

Опубликовано 13 ноября 2013

Элон Маск знает о притягательной силе высоких скоростей больше многих. Почти все проекты, которые он помог основать, запустил или возглавил, напрямую связаны с необычно высокими скоростями — будь то денежные транзакции в Сети (PayPal) или доставка пассажиров и грузов на средние расстояние посредством Hyperloop. Но его амбиции всё ещё не удовлетворены. Сегодня ночью, выступая на деловой конференции «Возможности для завтрашнего дня», он обмолвился о следующей Большой Идее. Теперь это самолёт — а точнее, самолёт на электрической тяге. Поскольку до сих пор у Маска получалось всё, о чём он заикался на публике (и даже «Гиперлуп» уже в стадии практической проработки), легко верится, что получится и на сей раз.

Скорость — не всегда приятно. Словно заканчивая начатый нами вчера разговор (см. «Внимание, горим!»), Маск отверг возможность отзыва электроседанов Model S из-за якобы скрывающегося в них дефекта и подтвердил «скоростную теорию» как главную причину всех трёх пожаров (по его словам, все возгорания случились вследствие столкновения с препятствиями на «очень высокой скорости», причём в Мексике у водителя и пассажира формально вообще не было шансов уцелеть). Но и сбавлять ход сам не намерен. В ближайшие годы Tesla Motors выпустит запланированную третью модель электромобиля и начнёт строительство гигантской фабрики литий-ионных аккумуляторов, сравнимой по объёмам выработки с совокупным мировым производством таких батарей сегодня. Это позволит компании не только преодолеть планку в 70 тысяч электромобилей в год (запланированную на следующие четыре года), но, может быть, и начать эксперименты с покорением воздушного пространства.

Строго говоря, впервые о самолёте на электрической тяге он упомянул ещё год назад, а сегодня вернулся к теме более подробно. Впрочем, и сегодня он придерживался своего фирменного стиля: выйти на идею словно невзначай, набросать картину в общих чертах, не углубляясь в технические подробности (говоря на публике, он всегда избегает специальных терминов, явно стараясь быть понятным всем). Слушая Маска, главное — не забывать, что мы слышим не просто предпринимателя, купившего чужой бизнес и сделавшего на нём миллиарды, а человека, который буквально до последнего винтика знает конструкцию своих автомобилей и ракет. Короче, в технических вопросах он дока, ему можно верить на слово. 

Запуск новой компании Маск сравнивает с процессом поедания стекла и хождения над пропастью: сложнее и значительно менее приятно, чем кажется, поскольку приходится делать много вещей, которые тебе могут не нравиться. А смерть компании, по его словам, переживается как смерть живого человека.

Так вот, по его словам, задуматься над крылатой машиной его заставил десять лет назад вывод из эксплуатации «Конкорда». Будущее без скоростной гражданской авиации представилось в мрачных тонах, и он сформулировал идею самолёта нового поколения. Это не летающий автомобиль — который Маску симпатичен, но кажется практически непригодным из-за неустранимого риска падения на головы невинных прохожих и неизбежной поэтому негативной реакции общественности. Он мечтает об электросамолёте с вертикальным взлётом и посадкой, способным развивать сверхзвуковую скорость. Базироваться такие летательные аппараты смогут максимально близко к городам (взлётная полоса не требуется), перевозить значительное количество пассажиров за раз, покрывать большие дистанции.

О том, как именно он надеется или думает такую задачу решить, Маск не сказал ничего. Но, если вспомнить историю сверхзвукового самолётостроения, понятно, что ему придётся столкнуться не с одной, а минимум с тремя значительными техническими трудностями. Первая — собственно проектирование экономически выгодного, пригодного для рутинной эксплуатации сверхзвукового авиалайнера. Штурм этой задачи, предпринятый во второй половине XX века развитыми странами, оказался настолько дорогим удовольствием, что одни от идеи отказались, а другие были вынуждены согласиться на международное сотрудничество (так создавался, в частности, приснопамятный «Конкорд»). Но и после того, как самолёт был построен, остались весьма неприятные «шероховатости»: сверхзвуковые полёты неэкологичны (вредят озоновому слою), салонное пространство ограничено (как в смысле грузоподъёмности, так и просто из-за низкого потолка), полёт шумный как для пассажиров, так и для наблюдателей на земле, большие высоты требуют особых решений даже для защиты от ионизирующей радиации и т. д. Но это ещё полбеды, поскольку есть и вторая проблема — собственно вертикального взлёта и посадки. Здесь Маску прочат наибольшие трудности (чисто механического свойства). Действующие модели самолётов, способные на такой манёвр, можно пересчитать на пальцах рук — и, кажется, среди них нет ни одного гражданского?

Наконец, есть проблема достижения сверхзвуковой скорости. Формально «сверхзвук» достижим даже на винтах, но эффективность пропеллера в таком режиме падает катастрофически, не говоря уже о недопустимо возрастающем уровне шума. Но как же тогда разогнать многотонный аппарат до скоростей выше 330 м/с? Ведь речь, не забывайте, об электросамолёте! Полагаю, среди читателей найдутся люди подкованные в авиации — и прошу поделиться мыслями в комментариях.

Маск не стесняется сообщать живописные подробности из ранних лет своей бизнес-биографии. Он пробовал пробиться в Netscape, но не получил ответа. Основав же с друзьями PayPal, мылся в благотворительном приюте по соседству с офисом.

Маск решает две из трёх проблем махом: по его словам, «сверхзвук» и вертикальные взлёт-посадка с электричеством совместимы хорошо. И вообще весь будущий транспорт, по его мнению, будет электрическим. Кроме разве что ракет, которым нужна слишком большая плотность запасённой на борту энергии. Электросамолёты занимают промежуточное положение между ракетами и наземным транспортом: для них тоже потребуется значительная энергия, но в достижимых количествах.

Так когда же взлетит электросамолёт Элона Маска? Сам «Железный человек» не берётся ответить на этот вопрос. Он честно предупреждает, что реализация идеи может потребовать значительного времени, хотя, скорее всего, её и решат неожиданно, скачкообразно, и не гиганты-авиастроители вроде «Боинга» и Airbus, а какой-нибудь стартап. Потому что гиганты придерживаются отлаженного процесса постепенной модернизации, не приемлют необходимых в данном случае радикальных перемен. Но не факт и то, что этим займётся именно Маск. Здесь, вероятнее всего, получится как с «Гиперлупом»: вчерне проработанную идею опубликуют, и ею смогут заняться все желающие. Сам Маск слишком занят, чтобы в ближайшем будущем запускать ещё одну компанию.

С другой стороны, у Маска есть очевидное преимущество перед потенциальными конкурентами. У него свои аккумуляторы, свои наработанные космические технологии, практически готовый фюзеляж — достаточно положить «Кузнечика» (Grasshopper) на бок. И, наконец, неуёмная энергия — без которой не было бы ни Tesla Motors (чуть не разорившейся, пока Маск не занял место гендиректора), ни SpaceX, ни других исторических проектов.

К оглавлению

Внимание, горим! Три обугленных Model S: случайность или всё-таки дефект? Евгений Золотов

Опубликовано 12 ноября 2013

Месяц назад, когда самый известный электромобиль, Model S от Tesla Motors, сгорел на дороге первый раз, дело граничило со скандалом, но обошлось (см. «Гореть, а не тлеть!»). Поспорили насчёт правдивости утверждения Маска, что его машины можно тушить водой, поволновались за загнанные в космическую высь акции компании (в шесть раз с начала года — не шутка!), на том и успокоились. Но когда заполыхало второе, а потом и третье авто, даже самым отъявленным оптимистам стало ясно, что ситуация вышла из-под контроля. Как известно, один раз — случайность, два — совпадение, три — тенденция. И, учитывая сравнительно небольшое число проданных Model S (меньше 20 тысяч штук по миру), многие стали подозревать конструктивный дефект. 

О первом пожаре вы знаете: «низколетящий» электроседан наскочил на некую железяку, ударившую в днище с огромным усилием, пробившую дыру и повредившую в результате одну из секций аккумуляторной батареи, которая спрятана под полом кабины. Водитель, следуя указаниям бортового компьютера, увёл машину на съезд и благополучно покинул салон на своих двоих, прежде чем вспыхнуло пламя. Tesla назвала случившееся «крайне редким стечением обстоятельств», но не прошло и месяца, как Model S заполыхал вновь. 

Второй пожар. Здесь пожарные не появлялись долго, и пламя успело поглотить салон. А вот в следующем инциденте, в Теннеси (см. фото ниже), не пострадали даже бумаги в бардачке.

18 октября в Мексике, в городке Мерида, обладатель Model S, находясь за рулём, как говорится, в состоянии алкогольного опьянения, снёс бетонное ограждение и был остановлен большим деревом. К моменту, когда на место происшествия прибыли пожарные, огонь — распространившийся со стороны капота — поглотил большую часть корпуса и сопровождался серией взрывов, записанных очевидцами на телефон. 

А 6 ноября «эстафета» вернулась в Штаты: в Теннесси, близ Смирны, Model S практически повторил первый инцидент. Схема абсолютно та же: «полёт» по магистрали, наезд на крупный металлический объект (в этот раз подвернулся фрагмент сцепного устройства для автомобилей), удар в днище, после чего съезд на обочину по указанию компьютера и спокойная эвакуация. Дым показался лишь через пару минут, так что водитель успел даже забрать из салона вещи. А прибывшим пожарным снова довелось тушить объятый пламенем передок. Замечателен третий инцидент тем, что за рулём находился врач, так что высокая оценка безопасности электромобиля, данная им позже («Будь я в обычном авто, с вами бы сейчас не говорил» — так примерно можно перевести его слова), несёт в некотором смысле печать профессиональной.

К настоящему моменту подробности всех трёх аварий известны, и можно выделить минимум два общих аспекта. Во-первых, водители покинули место происшествия самостоятельно (разве что мексиканец сильно — но без последствий — «приложился») и теперь мечтают вновь обзавестись тем же электромобилем и не стесняются рассказывать, как довольны они поведением машины в экстренной ситуации. Во-вторых, во всех случаях возгорание произошло в передней части — и, поскольку под крышкой капота пусто, подозрение падает на аккумуляторную батарею, а точнее, на её защиту в виде шестимиллиметровой бронепластины. Странная недоработка для автомобиля за 70 тысяч долларов и с хорошим клиренсом (6 дюймов отделяет днище Model S от дорожного полотна, хоть на высоких скоростях машина и «присаживает» себя на дюйм для лучшей аэродинамики).

Третьим будешь! Похоже, не зря американцы недовольны своим автопарком и дорогами: машины в Америке старые (кто-то называет средний возраст более 10 лет), на магистралях валяется весьма крупный хлам.

По какой-то прихоти СМИ, форумы и обыватель обратили внимание на второй аспект, но не заметили первого. Седьмого числа глава авторитетной правозащитной организации (Центр по автобезопасности) заявил, что государственное расследование «абсолютно необходимо». И встала на уши биржа: лёгкая коррекция акций Tesla Motors, наметившаяся в сентябре, превратилась в форменный обвал, уничтоживший к настоящему моменту почти треть рыночной стоимости компании.

Впрочем, само по себе масштабное движение акций Tesla, «съевшее» за месяц шесть миллиардов долларов, было ожидаемо. Её бумаги в этом году выросли больше любого другого американского автопроизводителя, и, по признанию биржевых аналитиков, поведение их больше похоже на поведение акций интернет-компаний. Так что и обратная реакция в случае чего будет (и получилась!) столь же динамичной. По-настоящему удивляет другое. На дорогах тех же Соединённых Штатов каждый час случается полторы дюжины пожаров, но на первые полосы почему-то выехала именно Tesla со своими жалкими двумя с половиной возгораниями. (Два с половиной — это потому что мексиканский инцидент американцы склонны игнорировать: мол, раз его не сможет проанализировать Национальное управление по безопасности на дорогах, NHTSA, то и смысла о нём говорить нет.)

Ответ, собственно говоря, известен. Элон Маск с его проектами, призванными изменить мир, служит соусом, под которым можно подать любое блюдо — даже банальный пожар на дороге, коего, уж конечно, во всех трёх случаях было не избежать, если бы вместо Model S фигурировали авто с обычным ДВС. Но ведь волнуется не только пресса. В пятницу, 8 ноября, стало известно, что NHTSA опрашивает свидетелей и, очевидно, готовится начать полномасштабное расследование серии инцидентов с электроседаном. По первой аварии, кстати, Управление давно отчиталось: доказательств, что пожар вызван конструктивным дефектом, не найдено, но теперь, вероятно, государственные эксперты копнут глубже.

Интересно, как вежливо обойдён вниманием вопрос скоростей, на которых все три вышеупомянутых Model S попадали в аварии. А гонять на этой машинке можно дай боже: 416 лошадей под капотом (точнее под задним мостом), от нуля до сотни за шесть секунд, а посмотреть, как это выглядит в деле, можно благодаря одному немцу, выжавшему на автобане под Берлином 212 км/ч — под свист ветра и полную тишину движка (ссылка на ролик — после статьи).

Впрочем, не ждите страшных разоблачений. Скорее всего, Tesla уже запустила собственное расследование, ибо реагировать на неприятные факты (буде они обнаружатся), вскрытые сторонними экспертами, конечно же, выйдет себе дороже. Так что если дефект или недоработка есть, мы узнаем об этом от самой Tesla и быстро. Вероятней же всего — вспоминая простоту конструкции и поистине стальное спокойствие Элона Маска перед камерами, — истинная причина скандала даже не в технике, а в неправильной рекламе. Tesla Motors сделала своему четырёхколёсному творению имидж продукта с волшебными свойствами — а волшебные автомобили, понятное дело, не горят (совершенно так же, как компьютеры Apple, например, не ломаются).

Сейчас же до публики начинает доходить, что речь всё-таки о конструкции из обыкновенных металла, стекла и горючих материалов. И в ней — пусть не под капотом, а под полом кабины — спрятана огромная энергия, нечаянно высвободив которую, можно получить эффект, похожий на тот, что случается, когда энергия высвобождается из бензобака. О чём Tesla, похоже, «постеснялась» предупредить как покупателей авто, так и покупателей акций. Как результат — первые в недоумении, вторые направляются в сторону суда: на днях в США подан публичный иск, обвиняющий Tesla во введении в заблуждение относительно пожаробезопасности Model S.

Но как же сами пожары? Ведь ни Nissan Leaf, ни Chevrolet Volt — два наиболее часто приводимых в пример электромобиля/гибрида, эксплуатирующих похожую аккумуляторную батарею и проданных сравнимыми тиражами (Toyota Prius не в счёт, там другой аккумулятор) — на дорогах не горели, и это охотно подтвердили их производители! Неужели и впрямь дефект? Что ж, возможно, дело не в автомобилях, а в водителях. Ни Leaf, ни Volt не созданы для больших скоростей: они ограничивают потолок 145 и 160 км/ч соответственно. А вот Model S — с её космическими формами, заниженным центром тяжести и потолком в 210 км/ч — прямо-таки просится в полёт. И владельцы, надо полагать, ведут себя за рулём соответственно.

Что, кстати, хорошо объясняет единодушное желание «погорельцев» снова купить такую же машину. Уж кто-кто, а они-то понимают: не горевать нужно — радоваться, что живы остались!

Подвиг немца см. здесь.

К оглавлению

Роботов призывают спасать Википедию от «дедовщины» Михаил Ваннах

Опубликовано 11 ноября 2013

Есть интересное   Энциклопедии бумажные, тяжёлые тома, рассказывавшие обо всём, от лифляндской реки Аа до реки Яя в Кемеровской области, если и не забыты окончательно, то сохраняются лишь в домах немногих любителей старины, а открываются вообще единицами. Свод знаний ныне хранится в Интернете, и чаще всего им оказывается Wikipedia. Это шестой по посещаемости сайт мира. На него с очень высокой вероятностью приведёт поиск в солидном и основательном Google, к нему прибежит говорунья Siri, заставляющая вспомнить персонажа из саги о Гиперионе Дэна Симмонса…определение «интернета вещей» как места, где цифровой мир встречается с миром интеллектуальным. А со времён самой первой Промышленной революции, Industry 1.0, символом интеллектуального мира является энциклопедия: толковый словарь наук, искусств и ремёсел появился аккурат в век самых первых паровых машин и угольных шахт, век Просвещения. Ну а одним из явлений, которым будут характеризовать наше время, явно является Wikipedia, попытка создать сумму знаний на базе цифровых технологий и добровольного труда. И вот сейчас говорят о возможности того, что редактировать Википедию станут роботы!

Действительно, Википедия — явление уникальное. Появившись на свет 15 января 2001 года английской версией, она через пару лет имела уже сотню тысяч статей, а на 8 ноября 2013-го в ней на наречии англосаксов насчитывалось 4 370 629 статей, просматриваемых десять миллиардов раз в месяц, причем уже к 2011 году эти статьи претерпели полмиллиарда правок... Encyclopædia Britannica Online, наследница авторитетнейших бумажных изданий, с её 120 000 регулярно обновляемых статей, выглядит бедной Золушкой на этом фоне… Но, как давным-давно сказано, наши достоинства есть продолжение наших недостатков. 

Проблемы — причём очень серьёзные — не миновали и Wikipedia. Говорят ни более ни менее как об «упадке Википедии» («   В результате многочисленные статью Википедии оказываются крайне неоднородными по содержанию. О таком явлении, как «The Decline of Wikipedia»). Отмечаются проблемы, подрывающие её фундамент, ставящие под сомнение её способность составить свод всех человеческих знаний. И проблемы эти порождает отток тех самых добровольцев, которые должны защищать ресурс, построенный на общедоступном Wiki-движке, от умышленных манипуляцией информацией в корыстных или политических целях, бескорыстных мистификаций и примитивного вандализма.покемоны», или о барышнях и дамах, снимавшихся в кино «для взрослых», узнать можно почти всё, а вот о географии Африки южнее Сахеля — прискорбно мало… Ну а качественные статьи, которые, по мнению коллектива Википедии, составляют её ядро (если возьмёте том старой энциклопедии, то увидите перечень важнейших статей с указанием их авторов), тонут в груде «информационного шума». Тысяча лучших материалов не заслужила — по критериям самой Wikipedia — даже среднего уровня оценок…

И никаких секретных причин такого состояния дел нет. Те добровольцы, авторы и редакторы, которые приходят в проект, сталкиваются с многоуровневой бюрократией, отпугивающей новичков, сокрушающей энтузиазм и истирающей добрые намерения. Если говорить о Wikipedia в терминах кибернетики, то можно использовать понятие не-марковской системы, поведение которой в значительной степени определено её историей, былыми этапами эволюции. 

Началось все с максимальной свободы. Потом появились случаи явной «туфты», прямого вандализма, увлекательные, но малоперспективные политические дискуссии атеистов и новообращённых верующих, ольстерских католиков и протестантов — прямая порча информации. Потребовалось введение защитных фильтров… Ими стали редакторы. Ну а говоря в терминах элементарной, линейной ещё, теории автоматического регулирования, пытаясь повысить устойчивость системы, мы платим за это коэффициентом передачи по контуру, точностью и динамикой… Нечто похожее происходит и здесь, с Википедией.

Эта бюрократическая схема отображает работу редакции Википедии.

Проще говоря, здесь сложилась элементарная «дедовщина». Неформальная власть «старых» редакторов над новичками. И если «дедовщина» обычная кончается в тот момент, когда офицеры начинают дневать и ночевать в роте / на батарее, то с Wikipedia такой номер не пройдёт: устав для добровольцев не писан, дисциплинарных прав в отношении них у 187 сотрудников Wikimedia Foundation, некоммерческой организации, оплачивающей ресурсную поддержку Вики, нет и быть не может. Но проблему они осознают со всей серьёзностью. И говорят об ответственности перед обществом (тем самым, что охотно собирает пожертвования для энциклопедии), лежащей на них…

Дело в том, что Wikipedia фактически уникальна. Ссылки на неё топят в поиске Google все прочие варианты ответа. Проект Encarta был закрыт Microsoft ещё в 2009 году: компания добровольцев-энтузиастов фактически поборола гиганта мира традиционных персональных компьютеров. Упомянутая выше Encyclopædia Britannica Online жаждет получить за годовую подписку на свои 120 000 статей 70 долларов — в отличие от предоставляемых читателю бесплатно 4 370 629 статей Вики… Так что деваться некуда: единственный путь — повышать качество самой Wikipedia…

И глава Wikimedia Foundation Сью Гарднер, и основатель Wikipedia Джимми Уэйлс считают, что этому поможет вовлечение в проект новых участников. Они оперируют конкретными цифрами: в 2007 году над «народной энциклопедией» трудились 51 тысяча редакторов. К лету 2013 года их число сократилось до 31 тысячи человек. Однако материалов-то становится всё больше, а потребность в них растёт всё быстрей. Но новичков — как пишут американские журналисты — отпугивает всевластие небольшой группы из 635 человек, имеющих статус «администраторов» английской версии Вики: именно им принадлежит реальная власть над проектом…

Как же эта «бюрократия добровольцев» справляется с «властью» над проектом уникальных размеров и сложности? Подробно исследовавший — по контракту с Wikimedia Foundation — эту проблему аспирант Миннесотского университета Аарон Хэлфакер (Aaron Halfaker) описал результаты в материале «Подъём и упадок сообщества открытого сотрудничества» («The Rise and Decline of an Open Collaboration Community: How Wikipedia's reaction to sudden popularity is causing its decline»). Оказывается, власть бюрократов-энциклопедистов основывается на различных программных инструментах редактирования, позволяющих «активным редакторам» и «администраторам» буквально одним движением мыша править и отвергать работы новичков.

Власть бюрократов-энциклопедистов основывается на использовании программных инструментов.

То есть фактически нынешняя, образца 2013 года, Wikipedia сформирована работой полуавтоматических инструментов. Редакторов-полуавтоматов, так, что ли, сказать… Именно благодаря им она достигла такого объёма, и они же виновны в проблемах с качеством. Автор-доброволец может писать что угодно. Но приняты или отброшены текст или правка будут по предельно формализованной процедуре. И вот теперь появилась идея — решить назревшие в Википедии проблемы с помощью ещё более широкого привлечения роботов-редакторов. Её излагают в «Assessing the Quality of Wikipedia Pages Using Edit Longevity and Contributor Centrality» авторы из Университетского колледжа Дублина Сянцзюй Цинь (Xiangju Qin) и Патрик Каннингэм (Pádraig Cunningham). 

Цветные кружочки показывают распределение материалов Википедии по качеству и достоверности; выборка более чем по 200 языкам.

Нет, они не предлагают железного человека с кремниевым мозгом, правящего статьи Вики. Речь идёт лишь о применении подробно описанных в статье алгоритмов, которые смогут наглядно оценивать качество статей сетевой энциклопедии. Причём на основе внимания, которое им уделяют читатели. На основе тех правок, которые читатели порываются внести. Одним из критерием достоверности статьи или правки тут оказывается долговечность. Если статья живёт долго и читается — она хороша. Если правки не вызывают желания их немедленно откорректировать, то они адекватны и объективны. (Материалы, порождающие политические флеймы, — отдельный разговор…)   Так что подобный инструмент может дать объективный критерий оценки качества материалов и правок в Википедии. Американские журналисты полагают, что это в некоторой степени сможет решить описанную проблему с качеством статей, с организацией работы коллектива добровольцев. «Робот-редактор» как коллективный агитатор и организатор… В удивительное время живём, уважаемые читатели. Самый массовый свод знаний уже редактируется полуавтоматами, а в ближайшем будущем всё больше и больше станет склоняться к «чистой» автоматике. 

К оглавлению

Новое слово в 3D-печати: искажение во благо Андрей Васильков

Опубликовано 11 ноября 2013

Дизайнер-технолог исследовательской студии лондонского университета Голдсмитс Мэттью Пламмер-Фернандес (Matthew Plummer-Fernandez) создал бесплатное программное обеспечение, выполняющее шифрование точных позиций вершин в файлах для 3D-печати.

Алгоритм Disarming Corruptor обратимо искажает геометрические формы, оставляя их (при желании) в целом узнаваемыми или полностью меняя фигуру. Такой подход позволяет ознакомиться с любыми чертежами и одновременно защищает их. 

После обработки файлы формата STL (stereolithography) становятся непригодными для изготовления высокоточных деталей (в частности компонентов оружия) без предварительной дешифровки. В случае многократного повторения процедуры шифрования очертания детали теряются полностью, но владелец ключа по-прежнему может восстановить её исходный вид.

Работа Пламмер-Фернандеса стала особенно актуальной после того, как методами объёмной печати были созданы сначала отдельные детали огнестрельного оружия, а затем и полноценные экземпляры (в том числе — из металла).

В интервью изданию Wired специалист говорит, что на создание программы его вдохновил целый ряд причин:

«Многое способствовало появлению Disarming Corruptor. Споры в отношении авторских прав, разработка огнестрельного оружия, скандалы вокруг АНБ и другие события. Меня также вдохновил документальный фильм Away From Keyboard об истории The Pirate Bay. Он заставляет думать о технологиях, которые облегчают сохранение конфиденциальности и способствуют безопасному обмену по сети на благо других».

Как автор первой подобной программы Мэттью Пламмер-Фернандес акцентирует внимание на том, что это универсальный инструмент, а не ограничительная мера:

«У меня есть свое мнение об авторском праве и оружии, но я не хочу, чтобы программа стала идеологическим средством для донесения своего мнения. Она создана для всех файлов, а не только для тех, распространение которых сочтут незаконным. Я просто хотел придумать, как обойти часть проблем с объёмной печатью».

В незащищённый файл проекта посторонние лица могут внести случайные или преднамеренные модификации. Его авторство также легко изменить и трудно оспорить.

Модель кастета до и после шифрования в Disarming Coruptor (изображение: plummerfernandez.com).

Сначала компании были готовы печатать всё подряд. Затем Thingiverse ввела запрет на чертежи деталей оружия, а дальше и вовсе стало доходить до абсурда. Создатель ПО упоминает, что однажды сервис онлайн-печати i.Materialize отказался принять заказ, поскольку счёл изображённую фигурку слишком похожей на Микки-Мауса и выразил сомнение в соблюдении авторских прав. 

Программа Disarming Corruptor даёт возможность свободно демонстрировать огрублённые проекты любых деталей и обмениваться ими по открытым каналам, не опасаясь нелегального копирования и злонамеренного использования:

«Моя цель — дать людям средство защиты против патентных троллей, репрессивных правительств, АНБ и любых других сторон, способных ввести ограничения позже. Технологии должны служить интересам народа, а не только тех лиц, которые их контролируют».

В алгоритме используется семь ключевых параметров, подбирать которые практически бесполезно. При попытке взлома путём перебора их комбинаций программа примет любое предполагаемое изменение, но ничего не сообщит о правильности результата. 

Сколько координат вершин решит проверить атакующий, столько разных деталей он и получит. Иными словами, по Шеннону это разновидность реализации совершенного шифра, в котором единственно верный вариант расшифровки теряется среди огромного числа других равновероятных. Создать пригодную для практического применения деталь сможет только тот, кто знает точные значения всех семи ключей.

Пламмер-Фернандес поясняет, что надёжность алгоритма обусловлена его простотой и отсутствием проверки правильности результата. Вы никогда не увидите сообщения «Введённый пароль неверен» и не получите повода попробовать другой:

«Внесённые алгоритмом искажения могут быть отменены только тем, кто знаете исходные параметры шифрования, использованные отправителем. Для повышения надёжности процедура изменения положения вершин может быть выполнена несколько раз».

Пока программа работает в среде ОS X, но в планах её автора написать дистрибутивы для Linux и Windows.

К оглавлению

Пять компьютерных «страшилок», которые оказались правдой Олег Нечай

Опубликовано 11 ноября 2013

Любые новейшие технологии и механизмы всегда окружал своеобразный ореол таинственности — особенно если они были не слишком понятны неспециалисту. Отсюда легенды о коварных роботах, вышедших из повиновения, радиопередачах, превращающих людей в зомби, и видеозаписях, заставляющих совершать самоубийства. В подавляющем большинстве случаев это не более чем сюжеты для дешёвых «ужастиков», однако некоторые истории, которые поначалу кажутся такими же глупыми «страшилками», на самом деле оказываются правдой. Вот лишь пять таких историй.

1. Ваша веб-камера шпионит за вами

С первым же появлением в широкой продаже компьютерных веб-камер стали циркулировать упорные слухи о том, что к любой такой камере могут подключаться злоумышленники, чтобы шпионить за ничего не подозревающим владельцем. Сегодня, когда камеры встраиваются во все ноутбуки, планшеты и смартфоны, уровень общественной паранойи вырос на порядок.

Между тем, как показала жизнь, в этой «страшилке» есть и доля истины: действительно, уязвимости в устройстве или бреши в защите из-за ошибок производителя или недостаточной квалификации пользователя в целом ряде случаев позволяют хакерам несанкционированно подключаться к веб-камерам и вести через них скрытое наблюдение. Кроме того, с помощью средств удалённого администрирования технически подготовленный злоумышленник способен полностью подчинить незащищённый компьютер своей воле, причём его владелец может даже и не догадываться об этом. Хакер может просто молча наблюдать за своими жертвами, а может и выводить на экран какие-нибудь пугающие сообщения или порнографию, открывать и закрывать лоток DVD-привода и даже выкладывать снимки из личной жизни в различных форумах. 

В 2010 году 33-летний шотладский хакер Мэтью Андерсон, входящий в состав международной группы, был приговорён к 18-месячному тюремному заключению за рассылку спама, заразившего вирусами более двухсот тысяч компьютеров. Сами сообщения выглядели вполне невинно, однако если получатель открывал их, то они заражали машину вирусом, который невозможно было обнаружить в течение двух дней.

Андерсон копировал все личные файлы своих жертв, включая медицинские документы и завещания, и, конечно же, делал фотографии при помощи встроенных веб-камер. Среди файлов, обнаруженных у хакера, были снимки девочки в школьной форме, семейные фотографии матери с новорожденным в больнице и разнообразные интимные фото сексуального характера.

Некоторые хакеры идут дальше и пытаются шантажировать своих жертв угрозами обнародовать компрометирующие фотографии и документы, если те не заплатят им крупные суммы денег. Так что если вы держите свой компьютер в спальне, есть смысл закрывать веб-камеру каким-то предметами или заклеивать непрозрачной лентой. И, конечно, никогда не открывайте странные электронные письма и регулярно обновляйте антивирусные программы.

2. Компьютерные черви атакуют государства

Однако заражать компьютеры вирусами могут не только отдельные злоумышленники-кибертеррористы: это могут быть и вполне официальные государственные агентства, причём не из каких-то карикатурных стран-изгоев, а из вполне респектабельных западных демократий.

Самая скандальная на сегодня история связана с червём Stuxnet, активно применяющимся спецслужбами США примерно с 2007 года. Заслуживающие доверия источники подтверждают, что именно Stuxnet был использован для кибератак по ядерным объектам в Иране. В частности, ещё в 2010 году червь вывел из строя двигатели сотни урановых центрифуг на Бушерской АЭС, что, по мнению экспертов, сильно замедлило развитие ядерной программы Ирана. При этом для сбора сведений о компьютерных сетях страны был использован ещё один червь под названием Flame, разработанный совместно спецслужбами США и Израиля. В конце 2012 года представители Ирана обвинили эти страны в повторном использовании червей против электростанций и других промышленных объектов. При этом, как они утверждали, распространение вирусов было предотвращено благодаря принятым заранее мерам.

Черви Stuxnet и Flame, запущенные параллельно, были сконструированы таким образом, чтобы поражать только системы с определёнными характеристиками, среди которых назывались операционная система Windows и промышленное программное обеспечение фирмы Siemens, предназначенное для управления отдельными категориями оборудования. При этом на заражённой Stuxnet машине в код программ вносились такие изменения, которые изменяли или отключали целый ряд их функций.

Это была лишь самая крупная кибератака одного государства на другое, получившая широкую известность, но нет никаких сомнений в том, что в будущем число и масштабы таких атак будут только расти.

3. За вами шпионит не столько правительство, сколько отдельные сотрудники его спецслужб

Скандальные разоблачения Сноудена, «утечки» WikiLeaks, система перехвата данных интернет-компаний PRISM — сегодня уже не для кого не секрет, что у спецслужб ведущих мировых держав «под колпаком» практически всё население земного шара. Лучше всего профессиональным шпионам известны биографии людей, так или иначе пользующихся интернетом, особенно проявляющих активность в социальных сетях. Чуть меньше информации о тех, кто избегает интернета, но при этом ходит по улицам городов и ездит на автомобиле, посещает общественные места и оплачивает покупки банковскими картами. 

Между тем большая часть собираемых спецслужбами данных интересует вовсе не государственные агентства: всё чаще достоянием общественности становятся случаи, когда такая информация неправомерно используется в личных целях сотрудниками этих агентств. 

В сентябре 2013 года Агентство национальной безопасности США в ответ на запрос сенатора Чака Грэсли прислало доклад, в котором признаёт двенадцать выявленных отделом собственной безопасности случаев умышленного незаконного использования систем внешней разведки. При этом идёт расследование ещё двух подобных инцидентов и рассматривается необходимость изучения ещё одного случая. Шесть дел направлено в Министерство юстиции для принятия мер, хотя пока ни о каком наказании нарушителей ничего не известно.

Чаще всего речь идёт о «романтических нарушениях»: один из сотрудников АНБ установил прослушку девяти телефонных номеров, принадлежащих иностранным гражданкам, без какого-либо законного основания. Другая сотрудница разведки начала прослушивать зарубежный телефонный номер, который она обнаружила в аппарате мужа, подозревая супруга в неверности. Ещё один работник АНБ в первый же день на службе взломал шесть ящиков электронной почты, принадлежавших его бывшей подруге, мотивировав свой поступок желанием «попрактиковаться в использовании системы».

Подобными «подвигами» прославились не только американцы: в 2011 году немецкий хакерский клуб Chaos Computer Club обнародовал сведения о том, что полиция ФРГ использует для слежки за объектами специальное программное обеспечение — «троян», взламывающий веб-камеры и микрофоны компьютеров, а также способный делать скриншоты и отслеживать нажатия клавиатуры. Баварские власти признали факт использования вирусного ПО для прослушивания телефонных звонков и взлома электронной почты подозреваемых: по некоторым данным, были собраны тысячи скриншотов, свидетельствующих о криминальной деятельности граждан.

По решению Федерального конституционного суда, такие действия полиции выходят за рамки полномочий, которые предоставлены в Германии полицейским властям. А по утверждению представителей Chaos Computer Club, «полицейский червь» к тому же оставляет взломанные машины открытыми для других хакерских атак — как если бы полицейские в офлайне оставляли выбитой реальную дверь после проведения обыска. 

Увы, в самих «органах» не считают подобную практику порочной — даже несмотря на то, что полученная таким способом информация не может служить доказательством в суде. И это в странах с действительно независимой судебной системой — что уж говорить о тех государствах, где «суд» занят исключительно утверждением обвинительных заключений, игнорируя все процессуальные требования.

4. Доверяя программе, мы вынуждены доверять её сомнительным создателям

Антивирусный программный пакет McAfee пользуется заслуженной популярностью во всём мире, и ему доверяют миллионы пользователей персональных компьютеров. Но если бы покупатели заинтересовались личностью создателя этой программы Джона Макафи, то они как минимум засомневались бы в его психической состоятельности. Перед приключениями Макафи (о части которых «КТ» недавно писала) меркнет даже камбоджийская эпопея г-на Полонского, адекватность которого давно вызывает сомнения.

Вкратце история такова: в ноябре 2012 года 67-летний программист и миллионер Джон Макафи, перекрасив волосы и бороду, пустился в бега по Центральной Америке, после того как полиция Белиза выразила намерение допросить его по делу об убийстве его соседа 52-летнего Грегори Фолла. Свидетели утверждали, что у соседей давно сложились неприязненные отношения, а Фолл неоднократно жаловался в полицию на Макафи из-за его привычки беспорядочно палить из ружья и агрессивного поведения принадлежащих ему собак. Через интернет Макафи заявил, что дело сфабриковано, он всегда боялся полиции и не верит утверждениям, что против него не будут применять силу, — поэтому и вынужден скрываться. 

Здесь нужно упомянуть о том, что в мае 2012 года полиция Белиза (точнее, местный УБОП — Gang Suppression Unit) устроила обыск на вилле Макафи и обвинила его в сотрудничестве с организованной преступностью, производстве метамфетамина и хранении незарегистрированного оружия. Полицейские застрелили собаку бизнесмена и вытащили его из постели с 17-летней местной подругой. Впоследствии все обвинения были сняты, а сам Макафи, пытающийся синтезировать вовсе не мет, а антибиотики нового поколения, назвал причиной «наезда» нежелание финансировать избирательную кампанию некоего политика.

В декабре 2012 года скрывающийся от властей Белиза предприниматель был арестован в Гватемале за незаконный въезд в страну. Будучи в заключении, он перенёс два сердечных приступа, был переведён в больницу и попросил о политическом убежище, заявив о незаконном преследовании в Белизе. Впоследствии он утверждал, что симулировал сердечные приступы с целью дать адвокату время на подачу документов. Гватемальские власти отклонили прошение Макафи и без лишних раздумий выслали эксцентричного миллионера в США, где его встретили агенты ФБР и помогли пройти пограничный контроль. Сам Макафи при этом заявил, что счастлив вернуться на родину (хотя родился он в Великобритании), откуда был вынужден уехать из-за финансового краха в результате неудачных инвестиций и глобального кризиса. После неудачной попытки обосноваться в Белизе возвращение в США стало для него единственным выходом из ситуации. Сейчас скандальный миллионер живёт в Портленде (штат Орегон) и пишет автобиографию, а юной подруге Макафи так и не дали улететь в США. Компания McAfee с 2010 года принадлежит корпорации Intel.

5. Судный день («проблема 2000»)

У нашей последней «страшилки» счастливый конец: благодаря массе усилий огромного числа специалистов многие до сих пор убеждены в том, что «проблема 2000» («проблема Y2K») была придумана и раздута средствами массовой информации для «освоения бюджетов» и на самом деле никакой реальной опасности не представляла. В действительности проблема была самой настоящей, и если бы не оперативно разработанный и реализованный комплекс мер, последствия могли бы быть катастрофическими.

Напомним суть «проблемы 2000». Во многих компьютерных программах, написанных примерно до середины 90-х годов XX века, для представления года в датах нередко использовалось всего две последних цифры: например, дата 2 мая 1995 года записывалась как 02.05.95. При этом наступление 2000 года интерпретировалось бы такими программами как наступление 1900 года, что привело бы к непредсказуемым сбоям и даже полной неработоспособности самого разнообразного оборудования — от банкоматов до систем управления авиаполётами. Худшие сценарии описывали массовые транспортные катастрофы, отключение электричества и энергоснабжения и даже аварии на атомных электростанциях.

Благодаря усилиям миллионов программистов «Судного дня» удалось избежать, хотя отдельные случаи компьютерных сбоев всё-таки были зафиксированы. В частности, две японские атомные электростанции объявили о проблемах с оборудованием контроля радиации, перестали работать банкоматы британского банка HSBC. Некоторые принципиально важные часы для работы общественной инфраструктуры и промышленных предприятий пришлось переводить вручную.

По некоторым оценкам, на решение «проблемы 2000» в глобальном масштабе было затрачено более $300 млрд, что одни считают примером массовой истерии, раздутой прессой в интересах ИТ-компаний, а другие — образцом слаженных действий всех государств в общих интересах. Так или иначе, крупных неприятностей удалось избежать, а мелкие сбои стали свидетельством того, что проблема всё-таки существовала.

К оглавлению

Bitcoin ставит рекорды, но не рухнет ли криптовалюта под гнётом эгоистов? Евгений Золотов

Опубликовано 11 ноября 2013

395. Столько долларов США давали в эти выходные за 1 (один) биткойн. Весенний рекорд — двести с копейками — был прорван весело, динамично и, как и раньше, без видимых причин. Держите сколько-то биткойнов и считаете, что настал момент «выйти в кеш»? Самый дешёвый способ конвертировать криптовалюту в любую из классических — воспользоваться сервисами по поиску локальных покупателей/продавцов (скажем, localbitcoins.com). Но можно и не спешить. Давно уже дано обоснование шестизначному прогнозу и постоянно появляются новые доводы: сейчас, к примеру, в моде теория, что привлекательность Bitcoin для инвесторов в качестве убежища при бегстве от рисков должна в некотором смысле сравняться с привлекательностью золота, а это означает минимум 37 килобаксов за 1 BTC. Четырёхзначка же (тысяча долларов за биткойн) теперь и вовсе не за горами, туда можно доехать на одной вере, на чистой психологии.

Впрочем, постоянные читатели знают, что лично я считаю инвалютный курс биткойна фактором второстепенным, — и произошедшее в последние дни моей уверенности не поколебало. Bitcoin — не золото, не бесполезные (практически) бриллианты, это прежде всего уникальный по возможностям бизнес-инструмент. А потому намного важнее то внимание, что уделяется криптовалюте публикой. Не имеет особого значения, движется ли курс вверх или вниз и сколько в абсолютном выражении дают за биткойн-единицу в конкретный момент времени: главное, чтоб о Bitcoin не забывали, а тогда найдутся новые пользователи, которые расширят существующие и предложат новые применения (см. «Три друга, монета и конфета»). Ну а попутно, по мере роста востребованности криптовалюты, неизбежно будет расти и её курс: ведь эмиссия биткойнов небесконечна (объём биткойн-массы ограничен 21 миллионом BTC), а взломать лежащий в основе системы алгоритм пока никому не удалось.

Но именно что — пока! И об этом мы сейчас поговорим. Ведь за последние дни случилось ещё кое-что, помимо броска цены. А именно предложен несложный способ манипуляции механизмом эмиссии новых биткойн-единиц, способный принести весомую выгоду своим сторонникам и привести к потере «демократической» сущности Bitcoin.

Если вы следите за Bitcoin, то знаете, что до сих пор выстроенная по плану и руками Сатоши Накамото структура считалась почти непогрешимой. В основе её стойкая криптография, что делает здание этой валюты в целом неприступным для лобовых атак: снять деньги с чужого биткойн-кошелька (то есть фактически подобрать методом перебора тайный криптоключ, который и даёт право кошельком распоряжаться) теоретически возможно, но при существующих вычислительных ресурсах на это потребуется время, превышающее возраст Вселенной бог знает во сколько раз. Равно трудно и списать с произвольного кошелька сумму большую, чем там содержится: каждая операция проверяется коллективным трудом участников системы и регистрируется в общем списке транзакций.

Но к чему же тогда эта оговорка — «почти»? Дело в том, что, как и во всех P2P-структурах (каковой Bitcoin безусловно является, ибо в ней участники уравнены в правах), в Bitcoin есть минимум одна лазейка, дающая умозрительный шанс заставить систему выполнить «некорректную операцию».

Как известно, задача сбора, проверки свежих денежных переводов и занесения их в общий список транзакций возложена на так называемых майнеров. Эти участники собирают сведения о неучтённых (сделанных только что, в основном за последние 10 минут) транзакциях, решают, опираясь на собранную информацию, некоторую математическую задачу, требующую значительных усилий, и тот из майнеров, кому удаётся решить задачу первым, получает почётное право вписать собранные транзакции в общий список. А также зачислить на свой кошелёк некоторую сумму (25 BTC плюс комиссионные со всех зарегистрированных переводов).

Последние два года майнеры имеют обыкновение сбиваться в группы — пулы — для совместного труда. Вопреки распространённому заблуждению, денежного преимущества участие в пуле не даёт: действительно, участники пула с большей вероятностью могут решить упомянутую выше задачу (вероятность решения которой для каждого участника случайна, но прямо пропорциональна его вычислительной мощности), однако ведь и выигрыш приходится делить на всех. Так что даже сегодня можно «майнить» в одиночку, но ждать выигрыша, возможно, придётся несколько лет. Короче говоря, участие в пуле просто делает доход более предсказуемым — и это привлекает новых участников. Вычислительная мощь крупнейших майнинговых пулов — таких как BTCGuild, Ghash.IO и других — составляет от нескольких процентов до 29% суммарной мощности всех майнеров Bitcoin.

Так вот, «лазейка» проста: если под вашим контролем окажется больше половины майнинговой мощности Bitcoin, вы сможете вертеть системой почти как захотите. К примеру, потратить с кошелька больше, чем в нём содержится. Главное — успеть обналичить неправедно нажитое, прежде чем атака вскроется и курс рухнет до нуля либо размер находящейся в вашем распоряжении вычмощи уменьшится ниже контрольных 50%. Впрочем, чисто экономически вы заработаете больше, если вместо мошеннических действий просто употребите имеющиеся у вас мощности на майнинг. Целью такой атаки может быть разве что дестабилизация всей системы Bitcoin, что сужает круг потенциальных атакующих до спецслужб крупнейших государств.

Так считалось до сих пор. Но теперь кое-что изменилось. На прошлой неделе двое исследователей из США (Cornell University) опубликовали работу, в которой показали, что даже сравнительно небольшая группа майнеров способна зарабатывать больше, чем им полагается согласно здравому смыслу и теории вероятностей. Они назвали свою стратегию Selfish mining, то есть буквально эгоистическим майнингом.

Вообразите пул, участники которого договорились работать тайно, то есть не оповещая «честных» соперников (тех, кто майнит классическим образом) о найденных решениях. Поскольку шансы найти решение очередной 10-минутной задачки для всех равны, неизбежно настанет момент, когда «эгоистам» удастся отыскать лучшее решение, чем их честным конкурентам (несколько упрощая, решение считается лучшим, если в нём содержится больше транзакций). Фишка в том, что если обнародовать такое решение не сразу, а некоторое время спустя — продолжив решать уже следующие задачи, — правила Bitcoin заставят аннулировать менее удачные решения честных майнеров и заместить их более удачными решениями майнеров-эгоистов.

Я упростил алгоритм, чтобы не потеряться в нюансах, но в общем и целом выгода должна быть понятна: периодически (и чем больше пул-эгоист, тем чаще) решения честных майнеров будут аннулироваться, а победа (а значит, и вознаграждение, и комиссии) — доставаться пулу-эгоисту. Согласно теоретическим выкладкам, даже если в таком пуле будет всего один участник, он — в среднем, в перспективе — тоже получит преимущество. С ростом же мощности пула-эгоиста диспропорция будет нарастать нелинейно быстро. Поскольку присоединиться к такому пулу действительно выгодно, он быстро станет самым крупным майнинг-пулом в системе Bitcoin и уже после 33% от совокупной мощности всей системы (вместо 50%, предполагавшихся ранее) узурпирует власть. 

К счастью, этот фундаментальный дефект можно в значительной степени исправить. Для этого следует внести в протокол Bitcoin небольшую (и непринципиальную для обратной совместимости) поправку: майнеры должны считать лучшим решение не самое длинное, а случайное. В таком случае пул-эгоист сможет получать выгоду, лишь превзойдя по мощности 25% всей системы. К сожалению, как отмечено выше, пулы с такими возможностями уже существуют — а значит, и атака всё равно возможна. 

Что же остаётся? Только воззвать к патриотизму биткойн-майнеров: не сбивайтесь в слишком большие пулы! О том, что вы участвуете в пуле-эгоисте, вы можете и не узнать: похоже, для этого достаточно модифицировать программное обеспечение только на узле-координаторе пула.

Как видите, вывод неутешительный. Исключить формирование эгоистического пула принципиально невозможно. Правда, совсем не факт, что появление его приведёт к краху Bitcoin: ведь майнерами-эгоистами движет тот же шкурный интерес, что и их соперниками, — а значит, они будут заинтересованы в продолжении нормального функционирования Bitcoin. Но после преодоления черты в 33% мощности приём новых членов в такой пул будет разумно прекратить, то есть биткойн-майнинг (и получение связанных с ним прибылей) превратится в удел немногих, станет привилегией, которую будут продавать и передавать по наследству. Дальше лично я рассуждать не возьмусь. Есть идеи?

В статье использована иллюстрация Antana.

К оглавлению

Гид

Социальная читалка новостей Flipboard наконец стала доступна для Windows 8.1 Михаил Карпов

Опубликовано 15 ноября 2013

Приложение Flipboard стало в своё время революционным и полностью изменило то, как люди читают новости. Сначала оно появилось на iPad, после пары лет — на Android, а теперь, наконец, и владельцы устройств на основе Windows 8.1 могут воспользоваться им.

Как и в других версиях, это приложение позволяет читать новости, статьи и рассматривать другой контент из подписок пользователя, а также из предложений Flipboard. Программа полностью переделана для Windows и потому поддерживает всевозможные специальные жесты. 

Например, взмахом вверх можно подписаться, обновить контент, а также отредактировать его, а взмахом вниз — посмотреть дополнительный контент или выборку того, что читают сотрудники Flipboard. Приложение также можно использовать в режиме деления экрана для двух программ.

К оглавлению

Оглавление

  • Колонка Была ли общая теория относительности подтверждена в 1919 году Дмитрий Вибе Ещё раз о природе этноса, а также о разнообразии надсистем Дмитрий Шабанов Мигранты времени: как это делается Василий Щепетнёв Не пропивай глобус Родины, сынок! Сергей Голубицкий Вот пришли фотографы — и все заплакали Сергей Голубицкий Медитируем над географией доменов верхнего уровня: немецкий прорыв Сергей Голубицкий Препарируем фантом FOMO Сергей Голубицкий Касперский рассказал о Stuxnet на российской АЭС Михаил Ваннах Обладает ли этнос самостоятельным бытием? Размышления о несогласии со Львом Гумилёвым Дмитрий Шабанов Micromax, ты кто такой? Давай, до свидания! Сергей Голубицкий История одного виртуального убийства Сергей Голубицкий
  • IT-рынок С Цукербергом не по пути: как Snapchat отклонила предложение на три миллиарда Евгений Золотов Кто сдвигает с рынка классический компьютер? Михаил Ваннах
  • Промзона Starbucks открывает первую в мире кофейню в поезде Николай Маслухин Лазерная разлиновка для письма на чистой бумаге Николай Маслухин Самостабилизирующаяся ложка для людей с тремором рук Николай Маслухин Деловой бронекостюм за 20 тысяч долларов защитит от выстрелов и ударов ножом Николай Маслухин Этот будильник разбудит хозяина суровой и бодрящей информацией Николай Маслухин
  • Технологии 9 специализированных поисковиков, которые по-своему лучше Google Олег Нечай Как бы история успеха: за что ФБР разыскивает хакера Карлоса Мелару? Евгений Золотов Универмаги и интернет-магазины в США теперь неразличимы Михаил Ваннах Облачные вычисления как альтернатива суперкомпьютерам Андрей Васильков Элон Маск и воздушный океан: даёшь электросамолёты! Евгений Золотов Внимание, горим! Три обугленных Model S: случайность или всё-таки дефект? Евгений Золотов Роботов призывают спасать Википедию от «дедовщины» Михаил Ваннах Новое слово в 3D-печати: искажение во благо Андрей Васильков Пять компьютерных «страшилок», которые оказались правдой Олег Нечай Bitcoin ставит рекорды, но не рухнет ли криптовалюта под гнётом эгоистов? Евгений Золотов
  • Гид Социальная читалка новостей Flipboard наконец стала доступна для Windows 8.1 Михаил Карпов Fueled by Johannes Gensfleisch zur Laden zum Gutenberg
    Рецензий к этой книге пока нет, будьте первым!

    Оставить рецензию

    Код Антибот

    ПОХОЖИЕ КНИГИ

    Популярные и начинающие авторы, крупнейшие и нишевые издательства